Нифельшни из Хаоса

и чувствовать. — В конце концов, ты взрослая девочка.
И отошел в сторону, всем видом давая понять: дорога свободна.
— Только учти, Кусака, я не собираюсь стоять в стороне, пока ты будешь себя гробить, — бросил уже через плечо. — Не мешать не означает «не вмешиваться».
Кто бы сомневался, что именно так он себе это и представляет. Чтобы упрямый шанатар добровольно отошел в сторону и молча наблюдал? У Марори немного отлегло от сердца.
— Ну и какой план? — спросил Дамиан, уводя ее в сторону. А потом, повернувшись к остальным, прикрикнул: — Напомнить, для чего вы тут?
В конце концов, поняв, что, так или иначе, их разговор отвлекает внимание остальных студентов, они вышли. Дамиан выглядел напряженным, но Марори безошибочно угадала заинтересованный блеск в его глазах: точно также он смотрел и на нее после «первого перерождения». Возможно, уже тогда знал, что эта студентка заставит о себе говорить.
— Твой план очень хорош, Марори, — сказал Магистр, задумчиво поглаживая подбородок. — Но я согласен с Крэйлом — ты слишком много значишь, чтобы рисковать ради сомнительной возможности получить интересные сведения.
— Почему вам можно рисковать связывать студентов с кристальными душами, а мне нельзя рискнуть тем же, но с большей выгодой?
— Потому что остальные рискуют лишь физическими увечьями, потому что им достаточно найти лишь зацепку, «ключ». А ты, если я все правильно понимаю, собираешься…
Дамиан сделал паузу, как будто сама мысль о том, чтобы озвучить намерения уже казалась ему достаточно рискованной.
— Я собираюсь заглянуть в него так глубоко, как смогу, — уверенно ответила Марори. — Риск того стоит.
— В таком случае — действуй. На войне все средства хорошо — так, кажется, говорят.
Она с улыбкой кивнула. Главное, подавить страх. Потому что страх есть всегда. Даже когда его заглушает мысль о долге и о том, что она должна сделать больше их всех, ведь именно частичка ее собственной сущности виновата в том, что происходит с Равновесием. И со всем миром. Потому что страх — он всегда здесь. Дышит в затылок. Шепчет: «На этот раз, простокровка, никуда ты не денешься».
Чтобы не нагнетать обстановку они с Дамианом решили оставить все до момента, пока не разойдутся остальные студенты. Марори нашла тихий уголок в одной из разрушенных каморок, где раньше хранили инвентарь для практических занятий.
И не заметила, как задремала. Усталость и постоянное напряжение от ожидания новой волны давали о себе знать.
— Очень плохая идея тут сидеть, — вторгся в ее сознание голос эрелима.
Марори так резко вскочила с места, что закружилась голова. Наверное, так бы и завалилась на бок, но Марроу успел поймать ее за руку.
— Подкрадываться вот так — вот плохая идея, — проворчала Марори, пытаясь вытолкать дребезжащие остатки сна. — Я же могла сделать тебе больно.
— Слишком много на себя берешь, нильфешни, — беззлобно осадил он. Положил руку так, чтобы их пальцы соприкасались на каменной колонне.
Марори собиралась одернуть ее… и передумала. К чему эта наигранная стыдливость? Они оба знают, что были друг для друга чем-то большим, чем друзьями и врагами.
— Разве тебя не тошнит от общения со мной?
— Мар, прекрати. — На этот раз эрелим поморщился. — Все имеют право погорячиться.
— Ты вел себя как придурок, знаешь ли.
— Я бы с удовольствием заставил тебя пожалеть об этих словам, Мар, но, боюсь, схлопочу по морде.
Он медленно, как будто до сих пор не был ни в чем уверен, отодвинул волосы с ее лица, мягко провел по краю уха — и отодвинулся на приличное расстояние. Выдохнул сквозь зубы, причесал пятерней волосы.
— В общем, я с тобой, хоть это дерьмо мне не по душе. Так и знай. И я никогда не буду повторять дра’морскую сказочку о долге и «необходимых жертвах». Я сделаю это только ради тебя. И буду надеяться, что моя совесть как-то переварит всю эту дрянь. Ну, или не переварит и я сдохну от яда.
Он так грустно и обреченно улыбнулся, что у Марори сжалось сердце.
— Считай, я просто верну тебе долг за то, что спасла меня, — уже справившись с собой, из-под маски безразличия добавил Марроу. — Не люблю быть должником слишком долго.
— Знаю, — сделав вид, что верить ему, сказала Марори.
И рассказала о новом плане. Который эрелим, ожидаемо, оплевал точно так же, как и Крэйл. Ох уж эти сильные парни: звереют, когда коротышке хочется сунуть мизинец в осиное гнездо.

— Помни главное — ни за что не позволяй ему лезть внутрь тебя, — наставлял Дамиан. — Если он попытается тебя контролировать, может случиться все что угодно.