Нимфа в камуфляже

не кичилась своей родословной, но по их взглядам было заметно, что бриллианты в сочетании с белым золотом — это уже перебор.
— А что, была потребность в брюликах? — спросил Торек.
— Во дворце прием делегации из Объединенных Королевств, и тетя хотела, чтобы я присутствовала. Уж не знаю, зачем ей это надо, если рядом был магистр Юниан…
— Великий тоже был?…- спросил Сейя, отрываясь от запеченных карасей. — И как делегаты прореагировали на ваше двойное присутствие?
Я рассмеялась, вспомнив их лица.
— Ну, ты расскажи, вместе посмеемся, — толкнул меня в бок Торек.
— Тетя настояла, чтобы я надела фиолетовое платье, есть у меня такое на особые случаи, а магистр естественно присутствовал в своей фиолетовой мантии… В общем, дали понять, чтобы все при подписании договора «О не нападении» было честно… Уверена, так тщательно про погоду делегаты не думали ни разу в своей жизни!
— А сватались?… Сватались?!- не отставал Торек.
— Да не то что бы сватались, но поинтересовались: «Чем уважаемая княжна намерена заниматься после окончания Академии?… Есть ли человек, которому уважаемая княжна готова вручить свою жизнь?», — и все в таком же духе.
— Но ты ведь нас не покинешь? — страдальчески заломил брови Елег и прижал руку к сердцу в ожидании рокового ответа.
— Да куда ж я от вас денусь!
— Она останется с нами навсегда! — возвестил Кир, правда, почему-то загробным голосом.
— Так, я чего-то не поняла, это намек, что замуж мне выйти не суждено?
— Иллия, ну сама подумай, — подхватил Кэллус менторским тоном, — какое замужество, с твоим-то характером?! Прибьешь же беднягу в первую брачную ночь!… Что может быть хуже жены — боевого мага?!
— Жена — телепат! — сразу же отозвался Кир, отображая на лице весь ужас от оного кошмара. — Муж только подумал пойти налево, а ему уже: «Дорогой, нам надо поговорить…» и хрясь несчастного скалкой…
— …А так как наша Илька скалку сроду в руках не держала, — встрял Торек, — то взамен прилетит «Железный кулак»!
Видно представив сполна обрисованную «прелесть» моего будущего замужества все шестеро так загоготали, что люди с соседних столиков шарахнулись от нас.
— Дуралеи, сами-то!…- отмахнулась я, с досадой подумав, что при тетушкином дворе стала терять свое остроумие, там-то вежливость в почете.
— А что мы? Нам проще, женщины с радостью выходят за боевых магов, зная, что их ждет достаток, почет, безопасность…
— …И раннее вдовство, — язвительно перебил Ярр.
— Ой, дружище, как же ты любишь нагнетать ситуацию, — вздохнул Торек. — Сейчас боевые маги гибнут реже, да и то молодняк. А все наши заводят семью не раньше шестидесяти-семидесяти лет, а то и позже.
— А то и вовсе не заводят, довольствуясь только детьми, — в полголоса добавил Кэллус.
— Я так понимаю это камушек в огород моего отца? — повернулся к нему Кир. Кэл в ответ лишь насмешливо хмыкнул.
— Не заводись, Кир, — положил ему на плечо руку Елег. — Ты же понимаешь, что ничего оскорбительного он про твоего отца сказать не хотел. Мы все очень уважаем Дракона.
— Но некоторые меньше других, — тихо сказал оскорбленный сын, буравя Кэллуса взглядом.
— Это потому что у них, — кивок в сторону остальных ребят, — твой отец не соблазнял тетушек.
— Твоя тетя сама пришла отцу… В прямом смысле, пришла к нему в спальню, и надо было быть крупным идиотом, чтобы не понять чего та хотела!
— Гликерия не могла прийти сама!
— Почему?… Потому что она дочь графа, а мы простые горожане?!- начал закипать Кир. Разозлить его было практически не возможно, он всегда отшучивался, если не трогать его семью.
Оба начали подниматься.
— Парни, парни!…- развел в стороны руки Сейя, стараясь усадить их на место. — Вы же друзья! Да вас с первого курса друг без друга никто не видел!
— Вот именно — друзья, — с горечью сказал Кэл. — И я думал, что это… звание сможет уберечь женщин из моего дома от «сетей» магистра Игоря.
— Кэл!… — начал Кир, потом замолчал и принялся брезгливо копошиться в тарелке, будто еда в ней протухла неделю назад. — Она действительно сама пришла… Подожди, дай сказать! Я не хотел при всех, но остальные и, правда, подумают, что отец такой подлец. Вон Сейя, наверно, уже приготовился прятать своих сестер… Отца не было, и ей открыл дверь я, так как было поздно и прислугу уже отпустили. Я пытался ее не пустить и выпроводить, но она была очень… настойчива. Потом вернулся папа…
— Поклянись!… Поклянись, что все было так!
— Клянусь!
Если Кир сказал «клянусь», то все сказанное им было истиной. Он мог и схитрить, и соврать, но клятву всегда свято чтил, это знали все в Академии. Правда, добиться