Нищенка и Король

Я тебе говорю, что этот такой же, а ты мне вновь не веришь! К тому же и девушкой легкого поведения называешь. Я не понимаю тебя, Аня, почему тебя тянет на идиотов каких-то!
— Перестань! Тебе не кажется, что я сама в состоянии выбирать себе парней. Я обожглась с Петькой, но с Ромой я не обожгусь, — разозлилась я.
— Да, открой же ты глаза, Аня! Что один кретин, что второй!
— Почему ты так ненавидишь Рому? — поинтересовалась я. — Потому что я выбрала его, а не Артема, которого выбрала мне ты?
— Шмелев хоть честен с тобой! — заорала Кариша. — А этот темная лошадка и ты это скоро поймешь.
— Перестань, Карина! — возмутилась я, окончательно, разозлившись. — Перестань постоянно критиковать мой выбор. Я уже большая и мне не нужна мамочка, которая будет решать за меня, что мне делать, а что нет.
— Я пытаюсь тебе помочь!
— А ты хоть раз спрашивала, нужна ли мне эта помощь? Например, когда постоянно пыталась оставить меня со Шмелевым наедине, потому что ревновала меня к Максиму.
— Ты так и не простила меня?
— Простила, но к делу это не относится. Мы говорим сейчас про Рому, а не про твою ревность.
— Аня, я ведь честно пытаюсь помочь.
— Мне не нужна помощь! Перестать постоянно лезть в мои отношения с Ромой, понятно!
— Понятно! — резко ответила девушка и направилась в сторону выхода.
Она уходит? Я этого не хочу! Но мое хочу и не хочу, видимо, ее не волновало и, громко хлопнув дверью, Карина покинула мою квартиру. Небольшой натюрморт на фарфоровой тарелочке, висевший на стене около двери, упал и разбился на несколько кусочков.
Подруга ушла, а у меня появилось чувство вины. Мы никогда так сильно не ругались: спорить — да, но ругаться с таким размахом — никогда.
Я жалела, что иногда не умею держать язык за зубами, ведь именно из-за этого бывают все мои проблемы. Мне не то чтобы не нравилось, что подруга лезет в мою личную жизнь, мне просто не нравится, что Карина мне не доверяет, не одобряет мой выбор. Это обидно. Она моя подруга! Она должна мне доверять! А получилось так, что мы наговорили друг другу глупостей и поссорились.
Чувство вины не отпускало меня всю ночь, даже заснуть мешало. В горле стоял огромный ком, постоянно напоминающий, как сильно я виновата перед подругой.
Спящий Финик грел мой бок и изредка мурлыкал, когда я чесала его за ушком. Только он у меня остался. Карина на меня обиделась и видимо сильно. Что теперь делать и как с ней мириться? Варианты решения моих проблем приходить никак не хотели.
Практически под утро я забылась тревожным сном. Снились мне какие-то глупости: Карина и Рома, сначала кричавшие друг на друга, но потом быстро прекратили свои крики и начали страстно целоваться. От такого яркого и реалистичного сна, я моментально вскочила, хватая ртом воздух.
— Приснится же такое! — пробормотала я, как только отдышалась и встала с кровати.
Мамы, как обычно, не было дома. Она с этой работой, вообще, забыла, что такое отдых. Завтрак, еще теплый, стоял на плите, так и манил запахом. Только есть мне все еще не хотелось. Из головы никак не хотел выходить вчерашний разговор с Кариной. Вина накатывала новыми волнами, поэтому я быстро сбегала в комнату за телефоном и набрала номер подруги. Только три моих настойчивых звонка девушка сбросила. Неужели так сильно обиделась? Настроение, которого и так не было, стало еще паршивее.
Не спеша, одевшись, я вышла из дома и направилась на автобусную остановку. Почему-то в подземку мне спускаться не хотелось. В принципе я пожалела, что не поехала в метро, потому что мы попали в пробку и мне отдавили обе ноги. Грузный мужчина, стоящий рядом оттопывал на моих конечностях в такт музыки в наушниках.
Кашляя, как старик, автобус остановился на нужной остановке, и я, расталкивая народ руками, вырвалась наружу.
Карины я так и не обнаружила. Ее не было на лавочках около университета, ни около входа. Даже в холе ее не было. Опустив голову, я прошлась по длинному коридору в сторону нужной аудитории. Моя подруга сидела не на своем месте. Она отсела от меня. Что же мне теперь делать? Как мириться с подругой? Она даже на меня не посмотрела, когда я прошла мимо нее.
Всю лекцию я просидела, уткнувшись лбом в прохладную поверхность столешницы. Олежка пару раз ткнул меня локтем в бок и попытался спросить, в чем дело, но я с маниакальным упорством отмахивалась от парня.
На большой перемене, когда практически все мои одногруппники покинули аудиторию, вошел Рома. Я его не заметила и продолжала заниматься своим делом. Это был очередной бзик — я раскладывала Светкины цветные карандаши по тонам: от темного к светлому. Может, мне лечиться пора? Мои бзики выходят за границы разумного.
— Аня, привет.
— Привет, —