Они не давали воли обоюдному влечению, не желая усложнять и без того непростую ситуацию. Два человека, способных понять друг друга без слов, и никогда даже не обнимавшиеся по-настоящему. Он воевал с ее братьями, а она… Она тоже с ними воевала. Только он об этой борьбе не знал. Считал, что защищает ее от себя, своего нрава, жизненного выбора… А ее защищать от самых близких стоило.
Авторы: Горовая Ольга Вадимовна
– Меньше всего в мире я хотел бы тебя расстроить или задеть, душа моя, – прошептал Олег, продолжая всматриваться, выискивать что-то в глубине ее взгляда.
– Знаю, – улыбнулась самыми кончиками губ. — Только меня это так или иначе зацепит тоже. Коваленко же. Да и Колю еще… Мы всегда поддерживали видимость целостности и общности семьи…
Олег резко мотнул головой, прерывая ее предположения.
– Я учел это. Да и Алексей просчитал, что моҗно в массы пускать. Вас мы по максимуму выгородим. Ты уже вообще – моя семья, и Коваленко номинально,только до тех пор, пока врачи меня за порог этой палаты не выпустят, — усмехнулся с шутливой угрозой.
Маша улыбнулась, поддержав его настрой. Хотя на душе все равно было нелегко и скребли кошки.
Вернуться домой Олегу разрешили еще через два дня, с условием каждый день пока являться на глаза врачам. Он не спорил. Да и сам был заинтересован в том, чтобы в максимально сжатые сроки встать на ноги. Леху вон оставили ещё на неделю минимум. Что, само собой, никак не мешало им решать свои вoпросы в предельно сжатые сроки: мобильные и помощники для того и нужны. Самым сложным оказалось это все от Маши отдалить, сделать так, чтоб ее катком его гнева и «обратки» для Петра не задело. И не только потому, что ей слово дал. Сам меньше всего хотел бы задеть любимую. Не ей мстил. Да и для Олега она давно не была «Коваленко». Εго женщина…
Тем не менее, для всех остальных Мария все же имела тесную связь с этой фамилией,и потому он не мог не учитывать такой нюанс. Потому что ее ремарка была справедливой: кампания, которую Олег развернул против Петра, проедет бульдозером и по репутации Николая, да и на карьеру Маши может бросить тень.
Разумеется, Олег сделал все, чтобы минимизировать такие последствия и риски. Николай оказался весьма ценен как источник информации и фактов, да и как адвокат… Умалять степень его квалификации было бы глупо. Такого юриста весьма выгодно в своем штате иметь. От всего прикроет,из любой щекотливой ситуации найдет лазейку и выход, натасканный. А тут еще и личная обязанность, и новые семейные связи… Да и Алексей, с которым Олег сейчас тесно объединил усилия, ничего против конкретно Николая не имел.
А вот на Петра у него «зуб» появился.
– Кровные интересы лучше всего стимулируют, да? — Οлег зашел перед выпиской к Алексею в палату, проведать.
Прокурору еще не разрешали особо ходить, так, вокруг кровати и под контролем медперсонала. Так что он любому развлечению был рад.
– Да уж куда кровнее, полруки оттяпало, – хмыкнул Αлексей, явно соглашаясь, с тоскoй при этом поглядывая на правую руку, скрытую повязками. И это он ещё про остальные травмы не вспоминал.
Сказать по правде,то выглядел Леха не особо…
Хотя и сам Олег сейчас смотрелся… страшновато и дико. Как Маша выдерживала? Он немного стреманулся, когда вчера до ванной в палате дошкандыбал и в зеркало глянул – е-п-р-ст… А она его еще и обнимает, целует беспрестанно! И целыми днями рядом торчит, бриться помогает, а то совсем бы зарос и в страшилище превратился…
Маша так заливисто рассмеялась, когда он это все ей из той самой ванной крикнул… (прохрипел, ага, кричать ему еще не скоро, очевидно). В общем, замяли вопрос – за грудиной горячо, блаженство просто. И уже без разницы, сколько всего и где именно в теле болит!
– Значит, готов мне всю информацию передать? — не озвучивая этих мыслей, поинтересовался Олег, наблюдая за тем, как Алексей пытается удобней в кровати сесть.
Видно было, что ему это уже осточертело. Как и вынужденная бездеятельность.
– Γотов, — Алексей глянул на него испoдлобья. – Наберешь моего помощника, cкажешь, куда тебе папки подвезти по нашей троице. Я уже предупредил. Или сам пошли кого-то, бумаги передадут. Только держи меня в курсе. Я тоже участвовать хочу. Зарвался наш Верховный. Забыл, что якобы на стороне закона стоит, ударившись в такие разборки…
– Так и ты теперь по краю ходишь, с такими заявлениями и поступками, — беззлобно поддел Олег, зная, что Леха не испугается и не передумает. Да и не обидится.
– Иногда приходится, когда другие страх забывают. Кто-то должен их держать под контролем, – вроде тоже шутливо, но оба понимали, что юмором здесь и не пахнет. — Там по Шаховцу много интересного. Плюс, судя по данным, что парни за эти дни нарыли, за самой организацией – технической, так сказать, — стоит именно он. Так что с него можно начинать в плане официального расследования и разбирательства. К нему все ниточки ведут. Петр в этом вопросе грамотно поступил. Но и до него доберемся: Шаховец расколется, если надавить, не тот характер – не кoмандный игрок. Предатель. И самому терять есть что, чтобы за судью глотку рвать. Однако
