Ночь перед свадьбой

была капризным ребенком, а он недовольным родителем. – Поверь мне, я уже видел голых женщин, даже, когда они принимали ванну. А поскольку мы находимся в законном браке, я не собираюсь потакать твоей стыдливости. Хотела ванну – мойся. – Он развязал галстук и швырнул его на кровать.
– Твое присутствие оскорбительно, – гневно сказала Мередит. Ей потребовалось все самообладание, чтобы сдержаться и не затопать ногами. – Я хотела бы остаться одна.
– Это уж слишком. – Ник вытащил рубашку из-за пояса Мередит старалась не восхищаться его мускулатурой, которую не скрывало тонкое полотно рубашки.
– Ты ведешь себя невежливо. Я просто не смогу мыться, если ты останешься в этой комнате. – Она сжала зубы, ожидая, что Ник уступит ей и уйдет.
– Очень хорошо. И не надо, – ответил он, стягивая через голову рубашку. – Только нет смысла терять время, вода остынет. – Его рубашка белым голубем опустилась на пол. При виде его обнажившейся груди Мередит невольно приоткрыла рот. С каждым его движением на загорелой коже ярко проступал побелевший шрам, пересекавший ребра. У нее чесались пальцы от желания потрогать его.
Ник расстегивал пуговицы на бриджах, и Мередит не успела отвести взгляд, как они соскользнули с его узких бедер. Она поспешно отвернулась, но не раньше, чем хорошо разглядела его. От его тихой усмешки у нее шевельнулись волосы на затылке. Перед ее глазами все еще стояла картина, как он спускает эти бриджи со своих бедер, она не исчезла даже тогда, когда Мередит услышала плеск воды и его тихий вздох удовольствия.
– Мередит, ты не понимаешь, что ты теряешь, – окликнул ее Ник. Она каким-то образом догадалась, что это относится не только к ванне.
Стараясь не смотреть в его сторону, она схватила ночную рубашку и зашла за ширму, чтобы переодеться, всеми силами пытаясь не замечать доносившихся до нее звуков. Не удержавшись, она осторожно заглянула за ширму и пришла в восхищение от его гладкой широкой спины. Удостоверившись, что нижняя половина его тела была скрыта водой, Мередит вышла из-за ширмы с намерением уснуть прежде, чем Ник ляжет рядом с ней на кровать. Или хотя бы притвориться спящей.
Он отложил мыло и наблюдал, как она торопливо обходит ванну, стараясь держаться от него подальше. Его горящий взгляд следил за ней.
Откинув покрывала, она подняла ногу, чтобы взобраться на кровать, и в этот момент услышала:
– Ты не можешь принести мне полотенце? Я не хочу намочить пол.
Мередит взяла одно из сложенных полотенец. Избегая смотреть в темную глубину ванны, она подошла и подала Нику полотенце, стараясь не приближаться к нему слишком близко. Она смотрела на полотенце, на его изношенные края, оно было безопаснее, чем этот мужчина и искушение, которое он представлял собой.
– Благодарю.
Но Ник не взял его.
Полотенце свешивалось с ее пальцев бесконечно долго. Мередит медленно подняла глаза и вопросительно посмотрела на Ника.
– Ты уверена, что не хочешь мыться? – лениво положив голову на край ванны, спросил он. – Вода еще теплая. – Его страстный взгляд соблазнял ее. Жаркий взгляд обволакивал ее, сливаясь с паром, поднимавшимся из ванны.
– А ты выйдешь из комнаты? – спросила она, гордо подняв голову, подтверждая, что только тогда воспользуется ванной. Ник упрямо качнул головой, и она решительно заявила: – В таком случае ты знаешь мой ответ.
Он вздохнул:
– Значит, ты не оставляешь мне выбора.
Не успела Мередит сообразить, что он собирается сделать, как он ухватился за ее запястье. Один рывок, и Мередит свалилась в ванну. Вскрикнув, она опустилась ему на колени лицом к нему. Вода брызнула во все стороны и перелилась через край.
– Ты с ума сошел? – Мередит толкнула Ника в мокрую грудь и попыталась вылезти назад, но ее руки скользили по медным краям ванны, и она снова опустилась на него, ее тыльная часть уютно устроилась на его интимных местах. Она боролась. Мередит извивалась. В нем все больше пробуждалось вожделение. Униженная, она уже не пыталась выбраться, а, скрестив руки на груди на промокшей рубашке, рассерженно посмотрела на него: – Ты не позволишь мне подняться?
Он поднял руки, изображая полную невинность.
– Я даже не касаюсь тебя.
– Верно, – неприлично фыркнула она. – Но и не помогаешь мне выбраться, ведь так?
Ник с задумчивым видом склонил голову набок. Только блеск в его глазах выдавал его.
– Нет, не помогаю. Я не хочу делить постель с тем, от кого дурно пахнет.
– От меня не пахнет. – Мередит с негодованием ударила по воде. – Я мылась сегодня утром. И к тому же никто не говорил, что ты должен делить постель со мной.
– Но раз уж ты намокла, можешь и помыться. – Ник протянул ей мыло.