Ночь триффидов

рука Марни высунулась из воды, я обхватил ее запястье. Она взглядом показала на мешок, который я прижимал к себе свободной рукой.
Мешок заметно похудел, и, опустив глаза, я увидел струйку воздушных пузырьков, вырывающихся из дырочки в пластике. Я кивнул, повернул мешок другой стороной и зажал в кулак угол, из которого выходил воздух.
— Надо выгребать к берегу, — прошептал я. — Нельзя допустить, чтобы течение отнесло нас на противоположную сторону. — О том, что противоположный от Манхэттена берег густо заселен триффидами, я упоминать не стал.
Мы принялись грести, толкая мешки с одеждой перед собой. К животу снова прикоснулось нечто скользкое, и с моих губ едва не сорвался вопль ужаса. Лишь титаническим усилием воли мне удалось сдержать крик, но по спине и ногам даже в ледяной воде побежали мурашки.
Мне казалось, что на моей шее в любой момент могут сомкнуться гигантские челюсти или из-под воды появится рука утопленника и схватит меня за горло. Иррациональные страхи не оправдались. Ночной пловец не вернулся.
Мы продолжали грести к берегу. Я показал на растущие у самой кромки кусты и прошептал:
— Выгребаем туда. Там нас не увидят с улицы. Последние несколько ярдов дались нам с огромным трудом. Сильнейшее течение отбрасывало нас назад, и мне по-прежнему казалось, что невидимый речной житель вот-вот возникнет прямо перед моим лицом.
Марни плыла чуть впереди, изо всех сил колотя по воде руками и ногами. Ее белые пятки появлялись и исчезали перед моим носом. Через несколько мгновений я ощутил, как что-то очень острое процарапало по моим коленям. Я опустил руку поглубже, и мои пальцы уперлись в камень. С наслаждением встав на ноги, я выбрался из реки и совершенно обессиленный уселся рядом с Марни, которая как ни в чем не бывало выжимала воду из волос. Я уже начал развязывать шнурок на своем мешке, когда Марни толкнула меня локтем и кивком показала на реку.
Я увидел, как из воды возникла темная, закругленная по краям масса. Это было живое существо — я сумел разглядеть спинной плавник. Затем я услышал шипение воздуха, и над водой на мгновение возникли струйки пара.
Итак, это было мое морское чудовище. Мой гость из бездны.
Я улыбнулся (с огромным облегчением, надо признаться) и сказал, больше обращаясь к себе, чем к Марни:
— Это всего лишь портовый дельфин, иначе называемый морской свиньей.
Однако наслаждаться мне пришлось недолго, поскольку через минуту из кустов появилась чья-то ручища и мне в горло уперлось острие здоровенного охотничьего ножа. Другие руки схватили Марни и, заткнув ей рот, утащили в тень кустарника.

Нас оттащили от кромки воды в кусты. Я все время чувствовал уколы ножа в шею и понимал, что любое неосторожное движение станет для меня последним.
Здоровенная лапа схватила меня за подбородок и повернула лицом к пробивающемуся через кустарник свету уличных фонарей.
— Ну и что же нам делать с этими голубками? — спросил чей-то голос.
— Убей их.
— Но…
— И побыстрее. Ножом.
С другого места послышался еще один шепчущий голос:
— Постой. Я этого парня где-то уже видел.
— Где?
— Да это же пилот, который вез нас сюда… Англичанин… Как его там… Мэйсен, что ли? Точно — Мэйсен!
— Ты уверен?
— Абсолютно.
За этим последовало небольшое, так же шепотом, совещание. Потом я услышал:
— Сторожите их здесь. Я мигом.
«Миг» затянулся по меньшей мере на добрых полчаса. Все это время сторожа не спускали с нас глаз. Блестящий клинок, как я мог заметить, был поднесен и к горлу Марни.
Наконец в глубине кустов послышался шорох, и чей-то голос прошептал:
— Сакраменто.
— Берлин, — прошипел в ответ мой страж.
Из кустов вышли несколько человек, и знакомый, хотя и несколько удивленный голос произнес:
— Дэвид, какого дьявола ты здесь оказался? — Рука, державшая меня за челюсть, исчезла. Соответственно, исчез и клинок.
Я повернулся и увидел Гэбриэла Дидса. Он в изумлении переводил взгляд с меня на Марни, с Марни — на меня. Наконец по его роже расползлась широкая улыбка, и он спросил:
— А почему вы голые?
Я поспешил рассказать Гэбриэлу, что произошло, не забыв сообщить печальную новость, связанную с захватом наших гидропланов.
Услыхав о самолетах, он огорченно щелкнул языком.
— Придется искать другой способ возвращения. Но сейчас наша первоочередная задача подыскать для тебя новое укрытие.
— Не выйдет! — заявил я. — С этого момента я участвую во всех ваших затеях как полноправный член группы.