Ночь триффидов

же теперь прикажешь делать?
Я посмотрел на колеблющиеся стволы гигантов. Было ясно, что отстрелить стрекала всей зеленой банде мне не удастся.
— Держи. — Я передал Гэбриэлу свой пистолет-пулемет. — А ты, — я повернулся к Марии, — помоги включить на полную громкость радиоприемники автомобилей. Чем больше мы успеем включить, тем лучше. Итак, на полную мощность…
По выражению Гэбриэла я понял — мой партнер по настольному теннису решил, что у меня поехала крыша. Однако Марни без малейшего колебания последовала моей просьбе или, если хотите, приказу. Она побежала рядом со мной вдоль линии застрявших в бесконечной пробке и брошенных водителями машин. В некоторых двигатели продолжали работать на холостом ходу. На то, чтобы включить приемник и повернуть до упора регулятор громкости, уходили какие-то доли секунды. Вскоре из открытых дверей на улицу полилась какофония — смесь классической музыки, джаза и ток-шоу.
Мы вернулись к Гэбриэлу, включив на обратном пути приемники еще у нескольких машин. Некоторые ревели так громко, что корпуса автомобилей вибрировали.
К этому времени триффиды должны были бы добраться до нас. Но не добрались — они задерживались у каждой машины, чтобы установить источник звука. В тот момент, когда я вращал регулятор громкости в каком-то грузовике, музыка вдруг оборвалась, и из всех динамиков зазвучал один и тот же женский голос.
— Внимание, внимание! — тревожно вещала женщина. — Важное сообщение. На Манхэттене замечено появление триффидов. Если вы находитесь дома или в иных защищенных зданиях, оставайтесь на своих местах. Если вы находитесь в машине или слышите данное объявление на улице, немедленно отправляйтесь на север, к Параллели 102-й улицы. Ворота в стене будут открыты, и вы сможете укрыться к северу от стены в индустриальной зоне. Повторяю! В целях собственной безопасности немедленно отправляйтесь к стене на 102-й улице. Ворота будут открыты, чтобы вы…
В этот момент я был настолько поглощен событиями, что даже не подумал о социальных последствиях, которых Торренсу при всей его изворотливости не удастся избежать после того, как десятки тысяч ньюйоркцев увидят, что творится в мрачном гетто за Параллелью 102-й улицы.
— Отличный ход, Дэвид! — с видимой неохотой признал Гэбриэл, показывая на автомобили. — Ты дал возможность этим людям спасти свои шкуры. Но настало время делать то, что положено. — Он вернул мне пистолет-пулемет и повел наш небольшой отряд к Эмпайр-Стейтс-Билдинг. К этому времени улицы почти полностью опустели. Часть жителей Нью-Йорка укрылась в близлежащих зданиях, а многим все же удалось спуститься в туннели подземки. Триффиды лишились своей добычи.
Что же касается нас — наше положение вряд ли можно было назвать безопасным. Пока мы пробирались в лабиринте брошенных автомобилей, на Пятой авеню появлялись все новые и новые триффиды. Мне стало ясно, что мы имеем дело не с разрозненными действиями отдельных особей, а с хорошо скоординированной атакой. Насколько я мог определить, все они двигались с востока на запад. По пути растения на каждом перекрестке оставляли часового. Если так будет продолжаться, то скоро жизнь в Нью-Йорке полностью замрет. Ни один из жителей мегаполиса не посмеет высунуть нос из защищенного помещения. Более того, растения были настолько велики и их было так много, что даже с помощью грузовиков изгнать их с улиц не было никакой возможности. Справиться с ними могли только огнеметы и тяжелые бульдозеры. Когда мы были в сотне ярдов от небоскреба, из ниши дома неожиданно выступила девушка с автоматом.
— Сакраменто! — выкрикнула она, направив ствол мне в грудь.
— Берлин!
Слово сорвалось с моих губ прежде, чем я успел осознать всю опасность своего положения.
— О’кей, пока стойте здесь, — сказала девица и, обращаясь к Гэбриэлу, добавила: — Морские пехотинцы только что подошли к зданию, сэр. Их продвижение несколько задержали триффиды.
— Откуда, дьявол их побери, появились эти чудовища?
— Планы изменились, сэр. Взорваны были не только изгороди на мостах. Инженеры сумели вскрыть туннели под рекой.
— Великий Боже… Но это означает, что триффиды проникли в самое сердце города.
— Если хочешь знать мое мнение, то подобный тактический прием довольно здорово попахивает цинизмом, — сказал я. — У людей на улицах не осталось никаких шансов на спасение. Или мы объявим эту бойню всего лишь очередным инцидентом?
— Можно также будет сказать, что настал час расплаты, — неожиданно жестко ответил Гэбриэл.
Я посмотрел вдоль Пятой авеню и пришел к выводу, что время для дискуссии о моральности или аморальности действий «лесовиков» еще не наступило.