Поклонники таланта великого Джона Уиндэма! Вы помните его классический роман «День триффидов»? Вы хотели бы узнать, какой была дальнейшая судьба жалких остатков человечества, из последних сил сражающихся с новыми «хозяевами Земли» – разумными растениями? Тогда НЕ ПРОПУСТИТЕ «Ночь триффидов» – продолжение романа Уиндэма, написанное самым верным и талантливым из его «литературных учеников» – Саймоном Кларком. История борьбы людей и триффидов продолжается. Чем она закончится? Прочитайте увлекательный роман Кларка – и узнаете сами!..
Авторы: Кларк Саймон
Освещенные окна делали их похожими на украшенные гирляндами драгоценных камней колонны.
— Это правда, что меня попросили вам помочь и показать достопримечательности города. — Керрис улыбнулась, чуть склонив голову набок.
— Как раз это я и имел в виду. У меня нет права вторгаться в вашу…
— Но, — она предостерегающе подняла палец, — во-первых, я не хотела, чтобы вы в одиночестве болтались по нашему городу. Во-вторых, хотите верьте, хотите нет, мне нравится быть в вашем обществе. Не знаю, чем это объяснить… — Она лукаво улыбнулась. — Возможно, дело в вашем забавном произношении или фразах, которые вы вдруг говорите, а может быть, и в чем-то ином.
— В таком случае я, видимо, имею право сказать… — Но тут я издал невнятное мычание, за которым последовало: — Черт побери! Кто выключил свет?
Оглядевшись по сторонам, я увидел, что все уличное освещение вырубилось, а окна в домах погасли. Из всех источников света остались только автомобильные фары. Не успел я мигнуть, как погасли и они.
На Манхэттен опустилась непроглядная тьма. Даже курильщики притушили сигареты. Помимо темноты, на улице воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь вздохами застывших в ожидании людей.
Чья-то рука схватила меня за пальцы, и я услышал шепот Керрис:
— В подъезд! Быстро!
В этой кромешной тьме я ничего не мог рассмотреть, но при помощи Керрис все же сумел чуть ли не ощупью найти нишу в стене, однако только для того, чтобы тут же натолкнуться плечом на стену.
— Проклятие… — прошептала она, и в этом довольно невинном выражении я уловил нотки сожаления.
Это походило на аварию в электрической сети. Но почему в таком случае водители выключили фары? Едва я успел задать себе этот вопрос, как с крыши здания над моей головой ударил луч прожектора. Вспыхнул еще один прожектор. Затем еще один. Через несколько секунд по подбрюшью облаков, словно пытаясь что-то найти, уже рыскали несколько светлых пятен.
С крыши другого здания послышался настолько громкий и резкий звук, что дверь за моей спиной вздрогнула. Керрис судорожно втянула в себя воздух. Еще один резкий удар — и черноту неба прорезала яркая искра, а мгновение спустя над городом прокатился громовой раскат взрыва.
На крыше Эмпайр-Стейтс-Билдинг заговорило еще одно зенитное орудие. Пляска прожекторов поначалу была бессистемной, пушки палили в разные стороны. Это означало либо распыленность целей, либо стрельбу наобум.
Через некоторое время прожекторы и артиллерия начали получать координированные приказы, лучи прожекторов, образовав гигантский треножник, сконцентрировались в одной точке, по которой тотчас дали залп не меньше десятка зенитных орудий.
В течение десяти секунд в небе над Манхэттеном с грохотом вспыхивали огненные шары — артиллерия работала непрерывно. Затем пушки замолчали, и только прожекторы продолжали обшаривать небо в поисках цели, которая либо успела скрыться, либо с самого начала не существовала вообще.
Город примерно час оставался без света, и в этой тьме идти куда-либо было невозможно. Но меня это не тревожило, поскольку Керрис пребывала в моих объятиях, а ее нежные губы прильнули к моим.
В течение двух последующих недель солнце с каждым днем становилось все ярче и ярче. Утром и вечером небеса по-прежнему пылали красным адским огнем, но в полдень, как правило, обретали почти привычную голубизну. Цвет самого светила изменился с темно-красного до ярко-оранжевого. Обычное солнечное сияние пока не вернулось, но Земля, по-видимому, находилась на правильном пути, и это согревало сердце.
Я регулярно виделся с Керрис Бедеккер. И очень скоро мы без всяких дураков стали тем, что некоторые называют единством.
Воздушные налеты пока не повторялись. Утром после затемнения газеты и телевидение передали сообщения, которые сводились к следующему: «Воздушные бандиты изгнаны». Далее следовал рассказ о прошлых зверствах, таких, например, как расстрел с воздуха беззащитных рыбачьих лодок. Несчастные рыбаки, как я понял, погибли от рук какой-то фракции Квинтлинга. Покончив с воспоминаниями, ТВ, газеты и радио поздравляли всех сограждан с очередной победой над силами зла. Ночное событие вскоре забылось, и жизнь вернулась в привычное русло.
Я продолжал обследование великого города. Чаще всего — в обществе Керрис, иногда — в компании Гэбриэла Дидса и Кристины. Бывшая дикарка шагала вперед семимильными шагами. После того как ее постригли и переодели в нормальное платье, она практически перестала чем-либо отличаться от своих нью-йоркских ровесниц. Словарный запас Кристины расширился
