Он не супермен и не боец спецподразделения. Он не умеет стрелять от бедра и ломать кирпичи одним ударом ладони. Он не молод и не занимается спортом. Он — не супергерой. Но он привык спасать жизни людей, отвоевывать их у смерти. Он — врач. И когда на планету пришла Смерть, он вступил с ней в бой плечом к плечу с немногими выжившими. Смертельно опасный вирус «шестерка», погибающие города и страны, толпы оживших мертвецов, чей укус смертелен для любого живого. И живые — которые иногда еще опаснее, чем мертвецы. Сможет ли простой врач выжить в апокалипсисе? Выжить и спасти родных? Смогут ли люди остановить Смерть?
Авторы: Берг Николай
— Это как?
— Ну, режется прямоугольник из пенополиуретана, сквозь прорези продевается резинка, так чтоб не давила, а на заднице держалась вся конструкция — надо куда сесть — получается своя сидейка. Такое в Мясном Бору видел у копарей — удобно.
— Дело. Видал такие, продавались. Жаль, в нашем мы такой фигней не торговали, глядишь, пригодилось бы сейчас. Пока будем на собрании — Сережа — нарежь на группу. И в запас тоже — пригодятся.
— Размером не ошибись. А то ходить не сможем — скалит зубы Андрей.
— Шути, шути. У кого воспитанник нажрался? Да еще и с нарушением правил?
Андрей скисает, отводит глаза.
— Каких правил? — влезаю я, чтоб Андрея не очень пинали.
— Получается так, что основополагающих: градус не понижать, из разных материалов — не смешивать. А то этот гусь ухитрился тяпнуть водки — это из пшеницы, значит, потом портвешка — этот из винограда вроде — раздобыл и пивком — из ячменя — отлакировал. Получите — распишитесь. Вон оно лежащее — посылка из вашего мальчика.
Обсуждаемый предмет дрыхнет без задних ног и только посвистывает носом.
Нам пора с Николаичем идти на собрание. Остальные собираются. Уходя, слышу знакомый звук позвякивания антабок на оружии, глухой грюк от магазинов на столешнице.
— Не нравится Вам ситуация?
Николаич некоторое время идет молча.
— Получается так, что — не нравится. Но выбирать не из чего — либо грудь в крестах, либо голова в кустах… Мутное там чтото, чую, что очень мутное — и получается так — что я раньше с таким не встречался. Не люблю, когда не понимаю ситуацию. Сейчас — ни черта не понимаю. Честно скажу — если б взвод этих разгильдяев просто перерезали или перестреляли — мне бы было б легче. А так — есть какаято гнусность во всем этом, не все так просто…
Мда, разговорился чтото Старшой…
На собрании мешает то, что я все время прокручиваю в голове — что еще надо взять с собой. Такое странное впечатление, что чтото забыл. Возможно, просто это изза внутреннего мандража. Достаю блокнотик и начинаю записывать, что уже готово.
Поневоле вспоминаю, как наша отличница Галка так же мандражировала перед каждым экзаменом и в конечном итоге спасалась тем, что садилась писать шпаргалки, но к общему удивлению соседок по комнате в общаге писала их по памяти — не из учебника…
Схема получается достаточно простой — сушей, придерживаясь окружной дороги, попрет сводная бронегруппа сухопутчиков — и наши знакомые из Медвежьего Стана и с Полигона, еще ктото. Сапер выражает удивление тем, что танки и БМП пойдут по автостраде — они ж гусеницами весь асфальт снесут, а ремонтников теперь не дождешься.
Вроде б сухопутчики обещали этого не делать… нуну…
Мы со своей стороны высаживаемся со сводной группой морской пехоты из Кронштадта. Всего от крепости идет наша команда, взвод курков из Дзержинки да сборная солянка из свободных от несения службы гарнизонных и комендантских. Место высадки знакомое — как раз оттуда мы эвакуировали семью Семен Семеныча и его дружка… АТП вроде. Там еще фура с чулками и колготками осталась…
Точка приложения сил — завод. До этого сухопутные займут супермаркеты на Таллинском. Заодно проверят — что там с пропавшим взводом произошло.
Николаич задает волнующий всех вопрос — сужу по одобрительной реакции присутствующих — какая связь между группами и внутри групп? Ясно, ему не дает покоя то, что в неминуемой неразберихе — а начальника единого так и нет, к сожалению, каждый получается сам себе голова, не смогли договориться, вполне возможно такое дело, как френдлифайер. А в исполнении танковых пушек и прочих дудок это вовсе нежелательное явление.
Отвечает Званцев. Поддерживаться будет радиосвязь (называет частоты, все пишут, а я хлопаю ушами), кроме того, группы обменялись делегатами связи и по возможности обсудили возможные варианты. Также обеспечена связь при помощи ракет — ракеты при этом используются флотские, у сухопутников такого нет, так что не ошибемся. Кроме того, всем «нашим» будут выданы повязки из одинаковой ткани — синего цвета. Ткань сама по себе дерьмо лежалое, больше ни на что не годна, но цвет получился специфический — так что сейчас командиры подразделений получат эту рухлядь — и обязательно должны обеспечить у каждого бойца на левой руке такой лоскут.
— Как обозначена наша техника?
— Белые полосы на башне и по корпусу.
— А с моря поддержка будет?
— Да, высадку прикроет учебный корабль и сейчас подготовлен катамаран типа «Зибеля» — он сможет подойти ближе.
— «Зибель» — это немецкий паром, набитый артиллерией?
— Так точно. На наш тоже поставили достаточно серьезные системы. Но когда десант удалится от берега — прикрывать будет
