Он не супермен и не боец спецподразделения. Он не умеет стрелять от бедра и ломать кирпичи одним ударом ладони. Он не молод и не занимается спортом. Он — не супергерой. Но он привык спасать жизни людей, отвоевывать их у смерти. Он — врач. И когда на планету пришла Смерть, он вступил с ней в бой плечом к плечу с немногими выжившими. Смертельно опасный вирус «шестерка», погибающие города и страны, толпы оживших мертвецов, чей укус смертелен для любого живого. И живые — которые иногда еще опаснее, чем мертвецы. Сможет ли простой врач выжить в апокалипсисе? Выжить и спасти родных? Смогут ли люди остановить Смерть?
Авторы: Берг Николай
сказать номера первого БТР и маталыг. По списку Николаича получается — это наша бронеподержка. Почему без полос?
Приданный нам связист, совершенно ботанского вида паренек, связывается с броней. Отвечают сразу. Насчет полос удивляются — никто о таком не говорил. Ну, ясно. Бывает. Особенно в армии…
Когда убеждаемся в том, что это и впрямь свои — Николаич всеже настаивает на том, что полосы быть должны. Летеха, командующий этими жестянками, наконец, соглашается с тем, что получить от танка в борт гостинчик — не самое лучшее. За краской посылают к мореманам.
В итоге рассаживаемся на броне, сторонясь липких, подмерзающих на холодрыни полос все той же шаровой краски. Удивляюсь — а чего не в десантный отсек?
— А так привычнее — отвечает Андрей. — Тут нет толп зомби, что вообщето удивляет. А морфа увидим — стволов хватит затормозить.
Да уж, стволов у нас нынче богато — у снайперов по два — взяли в дополнение к Светкам еще и охотничьи слонобои, Вовка к калашу еще прихватил какуюто гладкоствольную многозарядную коротышку, Николаич как раз с АКБ и только мы с Сашей и Надей как обычные мотострелки. Только с ПМ в кобуре. А я так еще по совету Андрея и «Марго» взял. Хотя зачем — не понимаю. Ну да он опытный парень, зря не посоветует. Все. Тронулись.
Гарнизонные и курки — те забились внутрь. Ну, там сейчас теплее, конечно, хотя пока наоборот жарко — броники, сумки, запас боеприпасов — и взятый с собой на всякий пожарный сухпай и фляги — весят густо. Предполагается, что нас забросят к югу от завода и мы начнем действовать оттуда — и лишний груз можно оставить в технике. Хотя, сомневаюсь я в том, что наши на это пойдут — пропадет что — хрен кого найдешь потом и хрен чего докажешь.
Едем медленно. Рядом грохает выстрел — мальчонка со складной СВД горделиво задирает нос — свалил стоящего метрах в 150 от дороги обглоданного мужика.
— Ты зря так лупишь по всему подряд. Винтовочкуто не напрягай зря.
— Тебето чего? Ты что возбудился? Я — снайпер, а ты кто? Сиди со своей допотопной берданой, охотничек!
— Снайпер говоришь? Хорошо, скажи, будь добр — что такое тысячная? Формула тысячной? Цена щелчка барабанчика ввода боковых поправок?
— Да чего ты ко мне докопался, толстый? Я те что — школьник?
— Ты не снайпер, ты мотострелок с винтовкой. И не надувайся — у таких как твоя винтовочек при настреле более тысячи выстрелов заклинивает затвор в затворной раме. После этого — только неполная разборка винтовки. И так далее. Ты сколько выстрелил уже?
— Откуда я помню? Я че — компьютер?
— Если ты снайпер, а не пулеметчик — то должен это знать, настрел у тебя не ящиками. Вот и прикинь — как оно будет — если твоя заклинит в самый неподходящий момент, а толстого рядом не окажется? Дальше: пистолетная рукоятка коротка, мизинец висит в воздухе. Значит — увидишь ломаные носилки или велосипед — снимай резину с рукоятки и натягивай на пистолетную рукоятку. Понял?
— А почему — сломанные носилки только для этого годятся?
— Потому что целые нужны будут в дело. Затыльник приклада — голое железо, удерживать приклад в плече одинаково во время стрельбы сложно. Значит надо намотать пластырь, изоленту. Можно нас попросить — глядишь какой затыльник и найдется.
— Ты дядьку сынок слушай. Дядька дело говорит — заявляет сапер, остренько покосившись на Андрея. — И за толстого извинись, кстати.
— Да отвалите вы от меня. Чего прицепились, сам знаю, что делать. — снайперишко обиженно нахохлился. Андрей коротко подмигивает саперу. Тот в ответ ухмыляется.
— Что, действительно клинит после тыщи выстрелов?
— Ага. Гдето с четверть таких браковок.
— Мда… мрак…
Останавливаемся у какихто домиков. Вокруг валяются всякие домашние вещи, которые дико смотрятся посреди улицы — видно тут хорошо помарадерили. Сапер подбирает себе пухлую подушку в наволочке, пристраивает ее себе под задницу. Предложенную ему пенкусидейку отвергает — так привычнее, да и потом горит наверно это пенка хорошо. Последнее явно отмаза, потому как на замечание Андрея о том, что если тут так все будет гореть, то нам и без пенок хреново придется, пропускается мимо ушей.
— Чего ждем?
— Танки еще не приехали.
— Ясно.
Пока ждем прибытия тяжелого железа бойцы потихоньку шарятся в близлежащих коттеджах. Николаичу это не нравится, мы остаемся сидеть как сидели, да и приданных Николаич не отпускает — токо слезть, ноги размять. Правда ничего и не происходит — шарящие ничего не нашли — «все уже украдено до нас», зомбаков не попалось ни одного, так что тишь.
Единственно, кто работает — так это наш ботансвязист. Вроде как он проникся важностью своей задачи или просто нравится ему болтать с приятелями — но
