Он не супермен и не боец спецподразделения. Он не умеет стрелять от бедра и ломать кирпичи одним ударом ладони. Он не молод и не занимается спортом. Он — не супергерой. Но он привык спасать жизни людей, отвоевывать их у смерти. Он — врач. И когда на планету пришла Смерть, он вступил с ней в бой плечом к плечу с немногими выжившими. Смертельно опасный вирус «шестерка», погибающие города и страны, толпы оживших мертвецов, чей укус смертелен для любого живого. И живые — которые иногда еще опаснее, чем мертвецы. Сможет ли простой врач выжить в апокалипсисе? Выжить и спасти родных? Смогут ли люди остановить Смерть?
Авторы: Берг Николай
ж получается? Порядочных и нету? — Сергей не на шутку встревожился, а мне только сейчас становится понятно, что нашему Ромео такой разговор ножиком режет.
— Почему нет? Полно. Пикапер не может снять любую. Это недостижимо. Он может просто заговорить с любой, а вот даст она или нет — вопрос открытый. Поговорил с тремя — одна дала. С одной понятно — а две другие кто?
— А у них одновременно ангина и менструация! — продолжает резвиться Филя.
— Сережа, дружище — если ты находишься в публичном доме — там все барышни доступны?
— Да, наверное. Но им же деньги платят?
— Не о деньгах вопрос — доступны?
— Ясен день. Это ж бордель.
— Ну, так и пикапер ищет — где попроще. Так что успокойся. Твоя Светка вне подозрений, да и не станет она такого как ты на непойми что менять.
— Говори, говори… — озабоченно отвечает наш пулеметчик.
— Вообще лучший оргазм у женщины вызывает норковая шуба — уверенно заявляет Филя.
— Ну, тут природа такую вилку устроила, что может ты и прав, водоплавающий.
— А то ж — самодовольно восклицает мой приятель.
— Что за вилкато? — это его конопатый сослуживец.
— А возрастная. Парень чем моложе — тем охочее. А у женщин — после 35 охота просыпается. Нет, они, конечно, могут и в молодости завестись как следует. Но пока молодайку заведешь — семь потов сойдет. А вот когда уже начинаешь стариковать — у них наоборот просыпается. Доктор — а почему кстати так?
— А пес его знает. Я так думаю — природа схитрила. Чтоб детенышей растить не мешало. Ну мужички со своей гиперсексуальностью стараются по молодости оплодотворить поболе кого. А у женщин другая задача — дитя выносить и родить, тут секс ей не помощник. А вот вырастила детенышей — уже и оттянуться может по полной.
Некоторое время все молчат, переваривая, после чего Рукокрыл неожиданно спрашивает:
— Вот зомби — тупые и враждебные. Морфы — умные и враждебные. А если их учить, лечить и кормить молочной кашкой, то может быть нервная система со временем восстановится и они станут полезными членами общества?
— Ну, вообщето может и возможно. Но, к сожалению, как говорили классики марксизмаленинизма — «Битье определяет сознание!» Например, европейцы, которые все время к нам лезли (Отечественная 1812, Крымская, Первая мировая, Гражданская с интервенцией, Вторая мировая) приходили в чувство только после неоднократных увещеваний сапогом в рыло и дубиной по хребту. Да и американцы тоже.
— Американцы с нами не воевали.
— Ну, не знаю. Медали их видел — «За Сибирь» и «За Россию». Ленточки у них еще такие гомосечистые — радужные.
— Когда они это успели?
— Во время интервенции. В Гражданскую.
Незатейливый треп продолжается, прыгая с темы на тему. Нас довольно сильно мотает из стороны в сторону, ну да это пустяки. В железяке уютно, вроде бы мы дома…
Cовсем бы можно бы обмякнуть, да только мысли в голове столбом встали — у танкиста резко ухудшается состояние — когда в последний раз видел — он уже хромал вовсю, а мужик не показушник. Николаич совсем скис, на одной силе воли держится. И еще в кунге — морф и — потенциально еще морф. Мальчик… и еще мальчик. Надо решать, что с ними делать со всеми. А в голове какаято каша…
Парни опять съехали на обсуждение девок. Расслабились.
Ну, это как раз хорошо.
Начинаю клевать носом…
Будят достаточно немилосердно. Приехали, оказывается. Уже на базе у МЧС — и я последний в салоне засиделся. Вот ведь чертовщина — и не заметил. Да иное путешествие на электричке куда как приключенистее, а тут мы колонной проехали как у бабки по огороду. В который раз убеждаюсь — что работа действительно Мастера — не заметна. Получается так естественно, что любой стоящий рядом поневоле думает — Э, я б так тоже смог, ничего особенного…
Не понимаю, как нас так ухитрился Семен Семеныч провести, тут всетаки места населенные худобедно. Интересно — кабаныто хоть попались? Тут их много было.
Половину нашей компании ведут ужинать. Другая половина остается на охране. Народучтото многовато на базе, женщин много, детей полно. Чтоли у наших знакомых мчсников такие семьи? Да не похоже вроде… И еще — у многих на спине СКСы висят. Интересно, откуда?
До стола добраться не получается — сначала приходится визитировать несколько человек больных. Идем вместе с братцем и Надеждой, как выражается братец — чтоб конвульсиум был полный. Серьезных больных оказывается трое.
Два артрита у взрослых и воспаление легких у десятилетнего мальчишки. Добросовестно слушаю, но после сегодняшнего от контузии еще не отошел. Какие там хрипы услышать — шум в ушах такой, что я шепот не слышу и сам ору громче, чем надо. Но вроде и без хрипов на пневмонию очень похоже.
