Он не супермен и не боец спецподразделения. Он не умеет стрелять от бедра и ломать кирпичи одним ударом ладони. Он не молод и не занимается спортом. Он — не супергерой. Но он привык спасать жизни людей, отвоевывать их у смерти. Он — врач. И когда на планету пришла Смерть, он вступил с ней в бой плечом к плечу с немногими выжившими. Смертельно опасный вирус «шестерка», погибающие города и страны, толпы оживших мертвецов, чей укус смертелен для любого живого. И живые — которые иногда еще опаснее, чем мертвецы. Сможет ли простой врач выжить в апокалипсисе? Выжить и спасти родных? Смогут ли люди остановить Смерть?
Авторы: Берг Николай
на уши — разные начальники то и дело принимают его за грамотного, инициативного и знающего товарища. Кончается все одинаково — сварой, дракой и провалом.
А Рукокрыл, его приятель Ленька и еще несколько из их взвода какимто образом примкнули к нашей команде. Теперь нас куда больше — водолазы и наша троица саперов тоже с радостью покинули жуткое место.
C кормы грохает взрыв хохота. Любопытство тянет посмотреть — что там.
Ленька, нахлобучив себе на голову три каски и навесив на себя три бронежилета, пародирует Фетюка. Талант у парня явно есть — он точно копирует характерные интонации, высокомерный взгляд, жесты и мимику своей жертвы. Текст получается, на мой взгляд, несколько хуже. Но зрители тут невзыскательные и потому ребята киснут от смеха.
… эльф Сглазавнос получил в подарок от своей невесты — принцессы Наполлейэль — бронелифчик с шестнадцатью заклепками. Жалки те невежды, коии мнят неважным количество заклепок, а тем более подвергают сомнению уникальность защитных свойств эльфийских бронелифчиков. Простой пример: 123 особопехотный полк гуркхов не был снабжен бронелифчиками в сражении под Пешаваром — и был вдребезги разгромлен всего лишь 80 тысячным войском найтилинского эмира. Другой пример — мой персонаж в «Линеаже» — эльфийка Лезькомненаель будучи защищена бронелифчиком голубого цвета с 8 заклепками легко добилась 3 уровня, а после замены на бронелифчик с 14 заклепками смогла выполнить квесты на 5 уровень! Не каждому и 30 левельному гному это под силу!
— У гномов квесты другие! — вступается с обидой в голосе Рукокрыл.
— Вы жалки! — дико глянув на дружка, истерическим тоном выкрикивает Ленька.
— Я жалок, я жалок — начинает слезливо причитать поникший головой Званцевмладший.
— Нет, вы даже представить себе не можете — насколько вы жалки! В знак этого, чтоб удобнее было поливать вас моим презрением, я поднимусь в гордые выси, где только мне и место! — с этими словами Ленька ловко карабкается на какуюто металлическую хреновину, позволяющую ему подняться сантиметров на шестьдесят выше уровня палубы, гордо взблескивает глазами, да не глазами, а очами, коль скоро это более подходит к патетическому моменту, встает в победительную позу, простирает длань и громко и пафосно вещает сверху:
— Вы все — ЖАЛКИ! Весь мир — жалок, ибо я — и только я — воистину велик! Я Бог Всеведущий!
Тут он поскальзывается, нелепо взмахивает руками и улетает за борт, мелькнув в воздухе рубчатыми подошвами ботинок. Этот кульбит настолько смешон, что нас аж сгибает от хохота пополам, ржем так, что слезы текут.
— Стоп машина, человек за бортом! Стоп машинааааа!!!!
Крик не вписывается в общий настрой, и несколько секунд мы все приходим в себя. Впрочем, не все, побледневший Рукокрыл срывает с себя одежку, нелепо прыгает на одной ноге, избавляясь от застрявшего на полдороге ботинка и не очень ловко — мешает зажатый в руках спасательный круг, сдернутый с крепления на поручнях (или как там водоплавающие эти штуки называют) — прыгает туда же, в стылую воду за кормой. Катер действительно сбрасывает ход, это заметно.
Следом за Рукокрылом сигают двое водолазов, потом, бросив несколько быстрых взглядов на берег, на плывущих в ледяной воде, туда же без всплеска прыгает Филька.
До меня доходит, что курсант свалился в воду, обвешанный железяками и всплыть ему — проблема. Каскито он сбросит. А вот комично напяленные и закрепленные посмешнее бронежилеты с пластинами — сорвать в воде ему будет трудно, да и глубина тут… Черт ее знает, какая тут глубина. Маркизова Лужа мелкая, но всяко раз плывем — тут есть где тонуть…
Катер останавливается. Прыгнувшие за борт собрались в кружок, вижу, что начали нырять. Черт, а далеко мы усвистали от места падения, если они, конечно, правильно засекли место. Прошибает самый настоящий ужас — если его не найдут — получится, что мы потеряли хорошего парня на ровном месте, просто по глупости, еще и ржали, как идиоты. Тошный ужас, ледяной какойто, сжимающий внутренности — аж дыхание комом встало.
Переглядываемся с Надеждой.
— Давайтека место подготовим — если и не искусственное дыхание делать, то греть несколько человек придется точно. — Она подбирает разбросанную прыгнувшими в воду одежду и обувь.
Места на посудине не густо, но находим, где тепло и где можно разместить замерзших людей. На душе — мерзко.
— Ничего, он курсант, они плавать умеют — бормочет скорее самой себе в утешение побледневшая медсестра.
А по часикам — уже больше пяти минут прошло. Катер тихо дает задний ход. Еще бы не хватало, чтоб кого винтом секануло. Совершенно дурацкая мысль проскакивает: «А еще хорошо, что акул у нас тут не водится». Свинцовая мутная водичка
