Он не супермен и не боец спецподразделения. Он не умеет стрелять от бедра и ломать кирпичи одним ударом ладони. Он не молод и не занимается спортом. Он — не супергерой. Но он привык спасать жизни людей, отвоевывать их у смерти. Он — врач. И когда на планету пришла Смерть, он вступил с ней в бой плечом к плечу с немногими выжившими. Смертельно опасный вирус «шестерка», погибающие города и страны, толпы оживших мертвецов, чей укус смертелен для любого живого. И живые — которые иногда еще опаснее, чем мертвецы. Сможет ли простой врач выжить в апокалипсисе? Выжить и спасти родных? Смогут ли люди остановить Смерть?
Авторы: Берг Николай
него сеанса связи с Лабораторией. Понимаю, что его сейчас более всего интересует — чем запугивали моего морфированного знакомца. Ботан старается как умеет, а должен заметить, что в плане связи рохля таковым не выглядит — отлично у него получается. Другое дело, что Валентины на месте нет, связист же лабораторный либо толком говорить не хочет, то ли и впрямь не в курсе.
Ильяс связывается с Андреем. Долго с ним беседует, прикидывая, что и как видит Андрей с верхотуры. За это время местные успевают разгрузить три набитых всякими продуктами и вещами ПОТа и отгрузить один — тут явно на вокзале перевалочный пункт — чтото притаскивают сюда из города, а тут вроде как пункт распределения. И видимо — не единственный — то же и в военной части было.
В итоге вылезаем, грузимся и едем — к автовокзалу. Благо тут игрушечные расстояния в этом городе. Или я Питером испорчен? Местные вполне серьезно к своему Рамбову относятся.
Северный КАС — несколько улочек с гаражами, по первому ощущению — сотни три разношерстных гаражей. Соваться дуром както страшновато. Ильяс, подумав, решает нестандартно — и мы лезем на крыши гаражей.
— Стоим! Стоим — смотрим! — командир слушает, что говорит ему в ухо рация.
И совершенно неожиданно с колокольни собора раздается очень гулкий, раскатистый в сыром воздухе бабах. Совсем неподалеку от нас сочно чпокает во чтото тугое пуля.
— Первая тройка — вперед — три крыши. Вторая — контроль справа! Саперы — проулок!
Начинаем передвигаться по Ильясовским распоряжениям. Очень скоро с колокольни бабахает снова. На этот раз рация бубнит чтото такое, от чего Ильяс морщится. Опять продвигаемся. Отсюда видно, что мы вылезли не там, куда обычно въезжают — а с противоположной стороны. Планировка проездов тут достаточно странная и как ни крути, а все проезды не посмотришь. Сейчас получается, что мы просматриваем гдето половину территории. Мне невозможно тщательно разглядеть, что там, потому что нашей тройке, разумеется прикрывать тыл команды — и мы смотрим на проходящую рядом железную дорогу и пустырь до берега залива густо заросшего соломенно — желтым тростником высотой больше человеческого роста, но краем глаза вижу, что проезды забиты машинами, что часть гаражей распахнута, что явно сделаны баррикады, но вот ожидаемых защитников не видно ни одного. Хотя я так думаю, что как раз видно — зомби тут есть — негусто — с десяток, наверное, в поле зрения, но вот что живые тут есть — сомнительно. Слишком мертво тут все выглядит. Ну, разве кто в гараже заперся и отсиживается. Некоторое время, поглядывая через плечо, смотрю в проулкипроезды.
Впечатление странноватое. Мне кажется, что сначала тут ктото собирался устроиться надолго — сделал из совсем уж старых машин баррикады в ключевых местах, использовав то, что обычно хранится в гаражах. Но потом чтото пошло не так. В проулках валяются вещи, какието шмотки — и в защищенном тремя баррикадами пятачке толкутся два зомби — и у одного из них так на спине и висит чтото. И я бы сказал, что это оружие. Хотя конечно могу и ошибаться — мне отсюда виден наискось по груди широкий вроде бы оружейный ремень и чтото торчащее снизу. Ну, очень на оружие похоже. Хотя…
Мой друг в самую перестройку был в Лондоне. Очень хотел найти подработку. Сопровождали его как гиды двое курдов — они тут учились вместе и были ему обязаны во многом. И попалось ему на глаза объявление — о выгодной работе в Израиле. Отправился уточнить — что да как. И курды следом.
Приехал. Конторка, двое хасидов. Увидели вошедшую троицу — перепугались до невозможности. Дружок мой стал задавать вопросы. Очень скоро выяснил, что предложение не слишком качественное — работа в сельском хозяйстве только, заработает сельхозрабочим за тот месяц, что у него есть по визе, меньше, чем отдаст за билеты, страховку, еду и жилье. Ну и, разумеется — в субботы — работать. И никаких развлечений. Курды как могли — помогали в беседе, благо считали, что поанглийски они говорят лучше — уже год чай в Лондоне живут. Хасиды держались стойко, но видно было, что чем дальше — тем больший ужас на них находит. До полуобморочного состояния.
Дружок мой вежливо попрощался. Курды тоже.
Вышли на улицу.
В конторе хасиды с облегчением упали в обморок.
И тут моего дружка ржач скрутил.
Просто он посмотрел на ситуацию со стороны.
И увидел — глазами хасидов — как в контору по найму сельхозрабочих приходит субъект славянской внешности, в костюме с галстуком, как полагается любому из КГБ, с двумя бородатыми брюнетами — телохранителями — в арафатках, причем у одного под курткой на спине — автомат и начинает, явно глумясь, задавать идиотские вопросы — какая развлекательная программа, например. А телохранители все время обещают
