Он не супермен и не боец спецподразделения. Он не умеет стрелять от бедра и ломать кирпичи одним ударом ладони. Он не молод и не занимается спортом. Он — не супергерой. Но он привык спасать жизни людей, отвоевывать их у смерти. Он — врач. И когда на планету пришла Смерть, он вступил с ней в бой плечом к плечу с немногими выжившими. Смертельно опасный вирус «шестерка», погибающие города и страны, толпы оживших мертвецов, чей укус смертелен для любого живого. И живые — которые иногда еще опаснее, чем мертвецы. Сможет ли простой врач выжить в апокалипсисе? Выжить и спасти родных? Смогут ли люди остановить Смерть?
Авторы: Берг Николай
стоит огонь в лесу оставлять, тем более что у бежавшего может не оказаться при себе спичек и тогда ему оставленные угольки будут колоссальным подарком.
Уже и так удивленная всеми этими открытиями Вера только грустно сказала: «Ну, совсем каменный век. Прямо «Борьба за огонь», в детстве читала, когда болела… «
И после этого шла как в воду опущенная.
Доехали быстро. Народишко уже копошился в деревне, большая часть рабов решила, что новая власть не будет их убивать за всякие пустяки — и теперь вроде отстирывались и мылись, во всяком случае, у двух бань с краю деревни было видно оживление, и дымище оттуда валил густой и духовитый.
Виктор облегченно вздохнул, увидев в дверях жену.
Его лихорадило, глаза блестели, и теперь, когда напряжение спало, он както сразу обессилел.
— Как съездили?
— Один остался, удрал далеко. Второго успокоили. Ты как?
— Знобит немного. Я посплю, давай через часок поговорим, выдохся я чтото.
— Ага, давай. Может попить принести или поесть?
— Не, не надо. Тут уже Меланья заходила, морс сделала. Ты пока разобралась бы, что тут где, может патроны у них еще есть, жратву глянь. И дует сильно — дырокто мы понаделали.
— Перевязку не пора?
— Немного передохну, хорошо?
— Ладно… Мы тихонько.
Тихонько не получилось — выбитое пулеметом окно осыпалось стеклянными лохмотьями как только его попытались заткнуть всяким мягким хламом, но этот дребезг вырубившегося Виктора не потревожил. В общем, что могли — позатыкали поролоном и тряпками, что не смогли — оставили как есть. Протопили печку, заметно потеплело в доме. Доели с аппетитом то, что осталось с завтрака и, переведя дух, пошли заниматься таким скучным для мужчин и таким интересным для женщин делом как инвентаризация.
Награбленное фирмачи свалили кучами, толком даже не разобрав.
Амазонки прошли по домам, где это было разложено и прикинули, что самое ценное все же было в пенобетонном замке. Решили потому начать оттуда, тем более что всякие наборы инструментов, снятые кресла и прочие такого же порядка штуки с машин они не оченьто представляли — как сортировать. Пусть Витя решит, когда оправится от ранения. Вот коекакую одежонку посимпатичнее (Вера) и попрактичнее (Ира) они прибрали сразу, да еще сгребли в пару картонных коробок всю еду, какая им попалась на глаза в домах покойных фирмачей.
Вообщето бандитское логово не производило такого романтического впечатления, как обычно описывалось и показывалось в многочисленных сериалах про бандосов. Было мрачно, уныло и никак не воодушевляло идти этой дорогой.
У «Замка», как окрестила двухэтажный «котежд» Вера, стояла бабка — та, которая мыла тут полы в день захвата власти.
— Здрасти! Полы сегодня мыть?
Ирка задумалась.
Потом кивнула, после вчерашних развлечений мыть было — и где и что.
Ирка поручила Вере разобраться с боеприпасами. А сама взялась разобраться с продуктами.
— Прямо для Золушки задачка — усмехнулась Вера.
Молча согласившись с ней, Ирка стремительно начала сортировать попадавшиеся ей харчи, раскладывая их по разным картонным коробкам. Беспорядок был адский — все валялось вперемешку, и то в руках оказывалась банка кабачковой икры, то потрепанный серый свитер, то полиэтиленовый карусельский мешок с резиновыми сапогами самого последнего размера. Единственно, что было собрано — так это разномастные и разнокалиберные патроны, сваленные в деревянном ящике. Верка на удивление быстро разложила патроны по кучкам и гордо позвала Ирку.
— Все, я закончила!
— Ну, ты мать даешь стране угля! — только и вымолвила Ирина.
— А что — все как надо — красненькие к красненьким, желтинькие — к желтиньким, а эти блестящие — отдельно.
— А эти что так собрала?
— Эти — вроде как железные. Невзрачные которые.
Ирка крепко почесала в затылке.
Старательная Вера разложила патрончики по цвету гильз. Самая большая кучка была такой же разнокалиберной, как и соседние — но красного цвета. Поменьше — желтые, рядом почти столько же в картонных и латунных гильзах. Совсем отдельно лежали мелкашки, патроны к АК и несколько видимо винтовочных, которые новоявленная Золушка сгребла кучкой. Сиротливо лежало два патрона в гильзах из молочнобелого пластика.
— Ну, как, хорошо справилась? — с плохо скрытой гордостью спросила Вера.
Вид у нее был такой, что Ирина сразу вспомнила свою домашнюю кошку — очень старательную и добычливую охотницу, но не слишком сильную умом и потому видимо старавшуюся представить задавленных мышей и крыс в лучшем виде. От притаскивания трупцов в кровать хозяйке кошатину все же отучили, но и только, потому мышиная дохлятина
