Он не супермен и не боец спецподразделения. Он не умеет стрелять от бедра и ломать кирпичи одним ударом ладони. Он не молод и не занимается спортом. Он — не супергерой. Но он привык спасать жизни людей, отвоевывать их у смерти. Он — врач. И когда на планету пришла Смерть, он вступил с ней в бой плечом к плечу с немногими выжившими. Смертельно опасный вирус «шестерка», погибающие города и страны, толпы оживших мертвецов, чей укус смертелен для любого живого. И живые — которые иногда еще опаснее, чем мертвецы. Сможет ли простой врач выжить в апокалипсисе? Выжить и спасти родных? Смогут ли люди остановить Смерть?
Авторы: Берг Николай
кучу всего, что впору глянуть — не гаубица ли у него на буксире. Дальше несколько минут я совсем забываю, где я и что вокруг, потому что передо мной разворачивается артистически точная и сценически великолепная реприза «восточный рынок, мастеркласс торговли». Впору пожалеть, что когда мы с Олькой ездили в Египет, Ильяса не оказалось рядом — египетские торгованы, надоевшие нам до судорог, при встрече с нашим снайпером, небось, еще бы ему и приплачивали, отдавая товар даром. Нет, водила тоже не лыком шит — но уступает по всем параметрам вплоть до размера обуви. В итоге он с сокрушенным видом достает откудато пистолет и отдает его Ильясу.
Снайпер аж подпрыгивает, взяв ствол в руки. Изумленно поворачивается ко мне и показывает. Не понимаю, с чего это такая реакция — ТТ и ТТ. Достаточно потертый. Вполне себе машинка для водителя маршрутки.
— Не узнаешь? — многозначительно улыбается начальник.
— Откуда? Я что потвоему все ТТ должен в лицо узнавать?
— Возьми в руки, присмотрись — ну?
Получаю в руки тяжеленный пистолет, начинаю смотреть.
— Погодь, так это же трофейный — после оружейного магазина, да? Тот, который с праильным патсаном пропал?
— Бинго! А говорил — не узнаешь! — хихикает Ильяс.
— Так это не пистолет, это уже бумеранг какойто!
— А то ж! Реликт! Эге, йолдаш, а патроны где?
— Э, тебе ствол был нужен? Вот ствол. Патроны я где тебе возьму? — отзывается водила. На его небритой физиономии легкий отсвет внутреннего торжества — тактаки победу он у соперника отжал.
Ильяс кряхтит. Потом смотрит на меня.
— У тебя всегда карманы набиты не пойми чем, проверь — может, найдешь тэтэшек?
Я знаю, что у меня в карманах лежит только всякое нужное, и патрончики к ТТ вряд ли найдутся, мой ППС с боезапасом мирно лежит в нашей оружейке. Поэтому когда в одном из многочисленных карманчиков этой охотничьей одежки оказывается три десятка потускневших бутылочных патрончиков мне остается только успокоить себя тем, что — они ж тоже нужны оказались, прямо как рояль в кустах.
С чего я запихнул себе в малопользуемый неудобный карманец столько патронов — сам не пойму, ну да ладно.
— Так. Теперь парень, как тебя зовут? — спрашивает снайпер нашего новичка.
— Тимур — набычась отвечает салобон.
— Отлично. Так вот Тимурленг — пока вместо автомата временно получишь ТТ. Пистолет заслуженный, боевой, участвовал в выполнении целого ряда серьезных заданий. Всегда — успешно. Без балды — легендарное оружие. Так что — цени. Задача у тебя ближайшая — охранять мою персону и остальные персоны, которые ты тут видишь и делать, что скажут. У тебя с Доктором какието счеты? Только вкратце — а именно — собираешься ему стрелять в спину или нет.
— Он это…
— Рядовой, вопрос поставлен — да или нет. Вопрос понятен, в спину стрельнешь?
— Да, то есть нет!
— Не понял.
— Вопрос понятен, в спину стрелять не буду.
— А не в спину? — Ильяс видно был весьма ядовитым сержантом.
— И не в спину тоже — не буду.
— Слово даешь?
— Слово даю, да.
— Якши. ТТ знаешь?
Несколько секунд идет борение в салобоне — хочется гордо и утвердительно ответить, показав свою мужественность и опытность, с другой стороны, за бритого не зря дают двух небритых — и нашему новому приобретению поговорка известна отлично, на собственном опыте, даже пожалуй на собственном организме, на лице, если уж совсем точно.
— С пистолета стрелял. ТТ — не пользовался.
Дальше Ильяс с ехидными шуточками показывает парню, как пользоваться этой машиной.
Да, я выдержанный человек и отлично умею владеть собой. Я ничем не выдаю своего потрясения от того, что рассказывает сейчас Ильяс. Очень хорошо, что мне не пришлось пользоваться ТТ, когда он был у меня на вооружении — оказывается та пимпа, что на пистолете слева — нихрена не предохранитель, а совершенно никчемная приспособа, нужная только при разборке, а предохранителем — вот ведь засада — является полувзвод — такое положение курка, при котором ни затвор передернуть, ни на спусковой крючок нажать, почему неопытные люди пропадают ни за грош, забывая в горячке боя — что делатьто с заклинившей машиной. И самовзвода — тоже нет, это тоже удивляет.
Ильяс еще строго внушает нучку, чтоб зря не давил на кнопку выброса магазина, но это уже сверхсыт. Пистолет вручается парню, ставится торжественно на тот самый полувзвод и Тимур неловко засовывает в магазин восемь патронов, оставшиеся ссыпает в карман и осторожно укладывает себе килограммовую пушку в другой.
— Долго еще ехать? — спрашиваю начальство.
— Вроде нет. Но ты того, не расслабляйся. И брось заморачиваться по поводу сегодняшних последних героев
