Он не супермен и не боец спецподразделения. Он не умеет стрелять от бедра и ломать кирпичи одним ударом ладони. Он не молод и не занимается спортом. Он — не супергерой. Но он привык спасать жизни людей, отвоевывать их у смерти. Он — врач. И когда на планету пришла Смерть, он вступил с ней в бой плечом к плечу с немногими выжившими. Смертельно опасный вирус «шестерка», погибающие города и страны, толпы оживших мертвецов, чей укус смертелен для любого живого. И живые — которые иногда еще опаснее, чем мертвецы. Сможет ли простой врач выжить в апокалипсисе? Выжить и спасти родных? Смогут ли люди остановить Смерть?
Авторы: Берг Николай
что ствол у этого револьвера расположен совершенно непривычно — снизу, а сверху просто полая хрень — явно под ЛЦУ.
— Это что такое?
— Получается так, что это, в общем, хорошее приобретение. А родителей как устроил?
— Не полетели они. На лето на даче остались.
— Вот даже как? И почему?
— Ну, там народу набралось с полсотни, мои себя нужными почуяли — причем там больше нужными, чем здесь. Опять же там детей куча. А моим неловко.
— Интересное кино. И что дальше делать?
— Пока не знаю. Наверное, дружбу с летунами заводить, подмазывать их и умасливать. Около моей деревушки вроде получается полевой аэродром устроить — есть посадочное место, цистерну с топливом там прихомячили. Ну и группа вполне боеспособная, особенно если оружия им подкинуть. Кстати летуны тоже насчет оружия спрашивали. У Ильяса что?
— Латали Ильяса долго. Заходил ко мне, свистел. Сейчас дрыхнет без задних ног в соседней палате. Завтра, если все срастется — ему временные зубы вставят. Но это вы хорошо съездили, ничего не скажешь, добротно, дураки еловые. Чудо, что живы остались.
— Вот кстати, Николаич — родители меня спросили — если я их сюда привезу, где им жить? И Ильяс обещал взыскать с меня за отданный в виде взятки на берегу «Кедр» — дескать ухухоахоо — вычту из прибытков. У меня какие прибыткито?
— Не надо съезжать с темы, Доктор. Вы самито понимаете, что вляпались сильно, а могли и еще сильнее?
— Ну, Ильяс же командир…
— Свалить вину на начальство — это правильно — кивает одобрительно Николаич — но свою башку включать тоже стоит. Вот кто это такой — этот Ремер? Что за группа? С чего их приговорили? Может, и нас тоже приговорят одним походом? Мне пришлось подтвердить, что этот с перебитой ногой — наш человек. А он — кто?
— Понятия не имею. Вояка какойто.
— Замечательно. Нет, надо мне вылечиваться, а то вы там наструячите. Ладно, утро вечера мудренее. Стволы привезли хорошие, обмен одобряю. Насчет жилья и прибытков — вопрос хороший, завтра будем с Ильясом думать. А теперь — получается так, Доктор, что вот нате вам видеозаписи — и до утра вы их должны просмотреть и выделить те, у которых может быть практическая отдача. Ключ от видеоаппаратуры — у сестры хозяйки. Она к слову обещала еще и кофе предоставить.
— Ясно. Ну, я пошел?
— Идите уж…
Сестрахозяйка сначала принимает меня за пациента и шугает немилосердно. Потом в знак примирения отводит на кухню, где мне достается приличная порция тепловатых ленивых голубцов к сожалению под майонезом, а не со сметаной, как положено вообщето. (Определенно — голубцы классически приготовленные я последний раз ел у бабушки, готовившей их как положено — даже с обвязыванием ниточкой, чтобы капустный сверток сохранил форму до подачи на стол. Совсем вкус был другой, теперь я уж точно нормальных голубцов не поем — ленивые все, жаль).
Пара поварих, уборщица и сестра любуются, как я жру, и любопытствуют о том, что с самолета было видно. С удовольствием бы порассказывал, но мне и так всю ночь смотреть чертов архив, спать не придется, скорее всего, а я чувствую, что здорово вымотался за эти дни. Определенно в Петропавловке было куда как размереннее и спокойнее. Чтобы не думать об этом, заканчиваю трапезу, благодарю и тащусь за полноватой сестройхозяйкой принимать видеотехнику под свою ответственность.
Можно начинать. Сестра удалилась с некоторой излишней поспешностью, обеспечив меня початой банкой кофе, электрическим чайником, здоровенной чашкой и ложкой.
Я бы и сам удалился. Если бы не слабая надежда на то, что какието купленные дико дорогой ценой возможно полезные для нас данные о разумных морфах тут есть — черта лысого я бы на это подписался. Тут можно долго распинаться, тем более, что у некоторых «ценителей» такие записи бешеных денег стоят, но вот лично мне по целому ряду причин — смотреть все это, если тут нет сведений по морфам — пустая трата времени.
В отличие от своих последователей основоположник, давший этому направлению в сексе свое имя — маркиз Де Сад был безобидным фантазером и сам девушек ни разу не потрошил. Ну, сравнительно безобидным, конечно — несколько человекто он угробил, было такое. Но тут чистое убийство по неосторожности — решил он устроить веселую групповую оргию, для чего в угощение своим гостям выставил пирожки, в начинку которых щедро сыпанул шпанских мушек, бывших тогда известным афродизиаком. От души сыпанул, что характерно. Только не читал маркиз старину Теофраста Бомбаста фон Гоненгейма, ака Парацельса. А у кантаридина, который собственно и делал шпанских мушек вожделенным товаром, очень маленькая разница между возбуждающим воздействием и смертельной дозой. Ясное дело — никак маркизу было
