Он не супермен и не боец спецподразделения. Он не умеет стрелять от бедра и ломать кирпичи одним ударом ладони. Он не молод и не занимается спортом. Он — не супергерой. Но он привык спасать жизни людей, отвоевывать их у смерти. Он — врач. И когда на планету пришла Смерть, он вступил с ней в бой плечом к плечу с немногими выжившими. Смертельно опасный вирус «шестерка», погибающие города и страны, толпы оживших мертвецов, чей укус смертелен для любого живого. И живые — которые иногда еще опаснее, чем мертвецы. Сможет ли простой врач выжить в апокалипсисе? Выжить и спасти родных? Смогут ли люди остановить Смерть?
Авторы: Берг Николай
не рассчитать по порциям, а уж про расчет на килограмм веса и речи быть не могло. Вот и померло прямо на месте угощения семь гостей, а остальные тяжко отравились. Такая вот оргия вышла.
Вивисектор фантазией особой не обладал, зато возможностей у него было в этой чертовой секте достаточно. Я же помню прекрасно тех девчонок, которых мы тогда видели в «медпункте», так что уже представляю предстоящую мне на всю ночь развлекуху. Мерзотную развлекуху, сразу могу сказать.
Ладно, поехали. Самое кислое — слушать тоже все это придется, потому как из обмолвок, обрывка фразы можно сделать внятный вывод, получить ключик к информации, а значит прокрутить на скорости не выйдет. Кассеты даже не пронумерованы, какието условные значки только прилеплены — самому хозяину кассет было понятно, что да как, а мне лучше карандашиком пронумеровать — и записать, что собсно на кассете.
Я всетаки чуток пользуюсь быстрой перемоткой, когда видно, что вивисектор ничего не говорит. Покойный беспокойный вивисектор ничем не удивил — был он при жизни закомплексованным неудачником, очень похоже мучился от неуверенности в себе и потому страдал еще и импотенцией, что на видео отлично видно — не стояло у него от вида красивых раздетых девчонок, зато срабатывало, когда он бил, потрошил и мучил своих «белых мышей». Ну, как и положено этим «любителям жесткого секса», в котором секса собственно и нет. Надо будет узнать, как делишки у новообращенного вивисектора. Будет часок свободного времени — с удовольствием устрою ему, падле, «жесткий секс» по его же рецептуре. Интересно — стало понятно, чем он своих ручных морфов пугал? Не палкой же лупил?
Чередой идут перепуганные до смерти девчонки и пацаны, отчаянно надеющиеся выжить, ради этого готовые на все что угодно, только вот это все, что угодно, неминуемо кончается одним — следующих встречает сидящий на цепи новый зомби. О, глядика незнакомая рожа веселиться пришла — надо пометить, что тут персонаж интересный — глядишь и отловят. Сам запоминаю красавца поподробнее — не ровен час встретится… Еще один, и еще… Видно к вивисектору ходила публика поразвлекаться. Не знали идиоты, что камера работает. Ишь, во всех ракурсах виден, голубчик.
Сил сидеть совершенно нету, надо размяться. Туалет тут был вроде неподалеку. Кофе чертов. Я ж его выпил уже наверное пару литров.
Когда встаю, «Марго» тяжело оттягивает халат на сторону. На фиг, спрячука я эту штуку вот сюда… Минутку думаю запихнуть туда же в ящик и «Малыша», но за последнее время отвык ходить безоружным, потому прикрываю газетой «Марго» и иду делать дела, оставив при себе маленькую машинку.
Мда, ошибся. Понадеялся, что уже знаю эту больничку что где — ан фига мне с маслом. С постным. Это не туалет, а подсобка, да еще и запертая. Это хуже, меня подпирает сильно. Я даже както сгорбился и совсем плохо — куда идти не очень себе представляю, разве что в душевую?
— Слышь, браток, ты тут не подскажешь — гдето тут врач из охотничьей команды обретается, где — не в курсах?
Будучи озабоченным своими проблемами, не сразу въезжаю в вопрос.
Поворачиваю голову — два приветливых мужичка моего возраста, в белых халатах.
— А, этот живодер… Пойдемте, провожу… Вам сестричка с клизмами не попадалась? Я уж ждал ждал… Еще вечером должна была поставить, а теперь ночь уже, я ее жду, а она забыла наверное, а мне назначено…
— Нет, не попадалась, ну пошли, покажешь, где наш коллега — мы чтонибудь придумаем…
Какие тут клизмы, тут скорее пробка бы мне пригодилась… На резьбе. Личикото у спрашивающего — очень знакомое. Слишком даже знакомое, да и улыбочка его характерная, добрая такая, кривоватая. Именно с такой душевной улыбочкой он уже полумертвой веснушчатой девчонке глаз пальцем выковыривал и видел я это не далее десяти минут назад. А лица и факты я хорошо запоминаю, имена вот нет, а лица — отлично, через годы узнаю без проблемы.
Так. Плести всякую больничную чушь, выставить себя тупым нудным пациентом и не разгибаться. У второго явно под халатом длинная штуковина, да и первый руки за спиной держит… Но расслабились мудаки, видят, что на недотепу нарвались… Так, а я недотепа — или нет? Правая рука щупает пистолет — я вроде бы вчера загонял в ствол патрон, а малютка этот — работает только на самовзводе. Только вот ситуация истерическая вчера была, не помню — загнал или нет? Так, тут выбрасыватель, что под пальцами? Ага, вот. Вроде такое положение — значит патрон в стволе? Была, не была!
— Ага, пойдем, онто, как барин, один сам в палате, а нас по 15 человек запихнули, идем тут близко…
А теперь шажок вбок, руку из кармана и — был, был все же патрон в стволе! Бахает чудовищно — стволикто коротенький и я луплю все пять патронов один за другим, стараясь
