Ночной садовник

вы ничего не слышали? Может, до учителей доходили какие-нибудь разговоры или школьные слухи?
— Ничего, кроме обычных догадок и предположений. Вы ведь знаете, ребята любят идеализировать определенный образ жизни, но в данном случае разговоров о наркотиках почти не было. Что же касается учителей, они в курсе того, что происходит в жизни их учеников, никто из не высказывал никаких, даже теоретических, предположений насчет Асы.
— Вы сказали им, что я собираюсь зайти?
— Я говорила с учителями математики и английского, для начала вы можете побеседовать с ними. Они ждут вас. Если нужно встретиться с другими, я могу это устроить.
Мисс Бест подвинула ему через стол листок из блокнота, на котором были записаны номера кабинетов и фамилии учителей. Реймон положил его в карман пиджака.
— Вы разговаривали с детективом Биллом Уилкинсом? Официально он занимается этим делом.
— Да, он звонил мне. Попросил не вынимать вещи из шкафчика Асы, пока он не посмотрит.
— Это хорошо, — сказал Реймон, начиная думать, что несколько недооценил Уилкинса.
— А вы сами не хотите взглянуть?
— После того, как поговорю с учителями. — Реймон постучал ручкой по небольшому блокноту, лежащему у него на коленях. — Мне хотелось бы кое-что уточнить. Вы говорите, что школьники не очень переживали по поводу смерти Асы.
— Я не хотела придать своим словам негативный оттенок.
— Я и не воспринял это таким образом. Мне просто хочется знать, какое впечатление Аса производил на вас?
— За последние два года я с ним не часто общалась, — ответила мисс Бест. — Мы разговаривали лишь несколько раз. Он был спокойным мальчиком, никаких проблем с дисциплиной. Я бы назвала середнячком. Он не был лидером, но и в хвосте не плелся.
— В общем, вы хотите сказать, что он был ни рыба ни мясо.
— Это вы сказали.
— Мисс Бест, прошу вас, это совершенно конфиденциальный разговор, вы можете говорить свободно.
— Аса не относился к числу школьников, которые производили на меня сильное впечатление. Это самая откровенная оценка, которую я могу вам дать.
— Я ценю вашу откровенность.
— Как дела у Диего? — спросила мисс Бест.
— Если честно, новая школьная дорога оказалась не без ухабов.
— Мы всегда готовы принять его обратно.
— Спасибо, мисс Бест. Теперь я с вашего позволения пойду побеседую с учителями.
— Желаю удачи.
Кабинет учительницы английского языка Реймон нашел на втором этаже. В классе никого не было — ни школьников, ни учителя. По углам стояли переполненные урны, на полу валялись бумажные шарики. Столы и стулья использовались здесь, казалось, со времен Великой депрессии и стояли беспорядочными, едва определяющимися рядами.
На доске остались написанные учительницей несколько высказываний доктора Кинга, Джеймса Болдуина и Ралфа Эллисона.

Чуть ниже были еще две записи: объявление о предстоящем тесте и напоминание школьникам о ведении дневников. Мисс Каммингс, учительница английского, так и не появилась, и Реймон вышел из класса.
Мистер Болтон, учитель математики, ждал Реймона в кабинете № 312. Здесь царили идеальная чистота и порядок. Учитель встал из-за стола и, обойдя его, протянул руку Реймону.
Болтон, мужчина с кожей темно-шоколадного цвета, лет сорока, был одет в широкие брюки без стрелок, выглаженную рубашку и легкие кожаные туфли с ремешками. Одежда выглядела недорогой, но тщательно продуманной. Реймон ожидал встретить «ботаника», но увидел хорошо сложенного мужчину, со вкусом одетого и тщательно выбритого. У него были большие и живые глаза, и, если бы не довольно крупный, странной формы нос, Болтона можно было бы назвать красивым.
— Детектив Реймон? — спросил Болтон.
— Да. Здравствуйте, мистер Болтон. — Реймон пожал ему руку.
— Можно просто Роберт.
— Хорошо. Я не отниму у вас много времени.
— Рад вам помочь.
Реймон достал блокнот и ручку.
— Когда вы в последний раз видели Асу Джонсона?
— На моих занятиях, в день его смерти.
— Значит, в понедельник.
— Правильно. И потом в тот же день после уроков.
— Его, что, оставили после уроков за провинность?
— Нет, ничего подобного. Он приходил для дополнительных занятий. Он интересовался математикой, детектив. Ему действительно нравилось решать задачки. Аса был одним из лучших учеников.
— Что вы ему задали?
— Кое-какие задачи повышенной сложности. Письменные задания в том числе.
— Вы не обратили внимание, может, он был чем-то расстроен в тот день?
— Я ничего такого не заметил.
— Вы можете… у вас