Долгожданная книга Марии Семёновой и Феликса Разумовского «Новая игра» продолжает цикл «Ошибка „2012“». «Конец игры», намеченный древними пророчествами на 2012 год, резко и ощутимо приблизился… В маленький райцентр Пещёрку подтягиваются могущественные игроки. Они ожидают, что именно здесь им удастся перейти на новый, более высокий уровень бытия.
Авторы: Семенова Мария Васильевна, Разумовский Феликс
Старухи тем временем подошли совсем близко.
— Ну здравствуй, значит, нехристь басурманский, — покачала головой одна из них. — Почто озоруешь? Зачем змеюку нашу обидел?
И её клюка больно ткнула ламу в живот, где, свернувшись под рубахой, прела гадюка.
Он судорожно дёрнулся и осознал, что старуха говорила на древнем тибетском наречии Шан-шунг Маар-инг.
— Да не, Ниловна, не басурманин он, — задумчиво произнесла вторая старуха, причём тоже по-тибетски. — Диверсант он, шпиён, агент-парашютист. Надо с ним не разговоры разговаривать, а в СМЕРШ сдать. А там, милай, — и она в свой черёд ткнула Ламу клюкой, — поверь уж, не сахар. Совсем. По сравнению с нашим энкавэдэ всякая там инквизиция — это так, недоучки. Изуверов Шпренгера да Крамера
[177]
в подмастерья не взяли бы, это я тебе со знанием дела говорю… Ну что, милай? Сам пойдёшь в энкавэ-дэ-то или со скандалом?
И она, и её товарка Ниловна удивительно смахивали на кикимор, какими их рисует народный эпос. Сгорбленные, страшные, морщинистые. И страшное для кого-то болото им, чувствовалось, было домом родным.
«Нет, нет, надо чистить карму…» — Лама хотел было потереть ушибы, но не смог пошевелить и пальцем. Чёрный цвет неудачи зримо сгущался. Сумасшедших русских шаманок ему только не хватало. Не говоря уже о русском НКВД.
Патока держала муху по-прежнему крепко. Даже мысли, казалось, увязали в липком сиропе и еле ползли, беспомощные, отяжелевшие.
— Да ладно тебе, Ерофеевна, давай-ка лучше сами погутарим с ним по-свойски, толку больше будет, — заметила первая старуха, поставила корзину и посмотрела на тибетца в упор. — А карма твоя точно — полное говно. И ничем ты её уже не очистишь, потому что чёрного кобеля добела не отмыть. Ты ведь у нас кто? — И Ламе в третий раз досталось палкой по рёбрам. — Предатель, иуда, изменник рода человеческого! Ну чего тебе не хватает? Эликсир долголетия есть, секрет Корня золота знаешь, Камень власти тебе родитель передал… Нет бы жить-поживать себе спокойно! Взял вот, припёрся сюда, знаков силы понабрал, нож асурский до кучи приволок… — Она воткнула свою палку в мох, — и ножны меча, вырвавшись у Ламы, подозрительно легко упорхнули к ней в руки. — Приволок, да не уберёг, — ворчливо продолжала старуха. — Впрочем, ладно, не о том сейчас речь… Речь, вражина, о тебе! Ну откроешь ты, допустим, Дверь, ну получишь, допустим, чего ни запотел… А что с остальными будет, ты об этом подумал? С людьми будет что, говорю? А ты ведь, между прочим, тоже каким-то боком человек. Об этом-то помнишь хоть, басурманин? Ну давай ответствуй, не молчи, открывай рот, разрешаю.
