Долгожданная книга Марии Семёновой и Феликса Разумовского «Новая игра» продолжает цикл «Ошибка „2012“». «Конец игры», намеченный древними пророчествами на 2012 год, резко и ощутимо приблизился… В маленький райцентр Пещёрку подтягиваются могущественные игроки. Они ожидают, что именно здесь им удастся перейти на новый, более высокий уровень бытия.
Авторы: Семенова Мария Васильевна, Разумовский Феликс
— То-то у меня, ублюдки гиены… — Дедушка вытащил копьё из влажно чмокнувшей земли и сурово оглянулся на внуков. — Пошли! Хотите в лесу ночевать?
Примерно через сто полётов стрелы они вышли на овальную полянку, окружённую огромными деревьями обанг. Раскидистые шатры крон доставали, казалось, до облаков. В самом центре проплешины выглядывала из земли огромная каменная глыба, а на ней… На ней кишело бессчётное воинство змей.
Лес кругом полянки прямо-таки сотрясался от истошного обезьяньего крика. Ближайшая, если верить белому учёному Дарвину, человеческая родня прыгала по веткам, кормилась, размножалась, наводила в стаях порядок — и на чём свет кляла хвостатые легионы, пригревшиеся на камне.
«Мамба…» — то ли выругался, то ли обрадовался дед и тут же, перехватив дубинку, одной змее начисто снёс голову, а остальных разогнал. Привычно напился крови — и, словно круговую чашу, передал рептилию внукам. Причём не Мгави, стоявшему вроде бы ближе, а именно Мгиви. У Мгави при этом налились кровью глаза, но он сдержался, смолчал. А дед достал из сумки небольшой барабан:
— Иди сюда, Мгави. Пой песню.
— О отец моего отца, — дерзнул возразить Мгави, только присосавшийся к змее, — здесь ещё полно крови, вкусной прохладной крови, так приятной моему нёбу…
— Иди сюда, бездельник! — рявкнул дед. — У тебя прошлый раз ни одна обезьяна не издохла. Смотри, жениться не допущу!
Мгави судорожно глотнул последний раз и со всех ног метнулся к деду.
— О отец моего отца, я готов. С каких слов начинать?
Дело замышлялось непростое. Мгави предстояло бить в волшебный барабан, сделанный из кожи чёрной обезьяны, и лапа той обезьяны, стиснутая в кулак, должна была послужить ему колотушкой. При этом он будет петь песню смерти, рычать, словно в агонии, и танцевать пляску скорого конца, такого, чтобы без мучений. При надлежащем исполнении все чёрные обезьяны на расстоянии полёта стрелы, а то и двух должны были замертво попадать с деревьев. Но если бы кто отправился на охоту, просто затвердив волшебные слова и овладев барабаном, его ждало бы жестокое разочарование. Колдун должен ещё и обладать силой, а она у всех разная. Всех обезьянуморить не удавалось никому и никогда. Больше пятидесяти свалить не удавалось даже и деду. Мгиви тот раз еле насчитал пятерых, а Мгави вообще потерпел кромешную неудачу. Так дальше пойдёт, оставит его дед томиться в холостяках. Года этак на четыре…
