Новейшая История

случае — это же он управляет всем. Я вглядываюсь в себя. Да нет — это точно мои мысли — никакого внушения. А в голове все звучит и звучит мой собственный голос. И выгоды много и все безопасно. И ведь все это от себя не отринешь — ведь и это тоже думаю я. Контроль. Контроль над планетой. Все люди послушны. Какой же мой выбор? Как сладко себе уступить в этом малом вопросе. Ну не надо контроль — ведь можно и не пользоваться. А вдруг понадобится. Какой же мой выбор?
Я вспомнил ребят, своих , наверное мертвых. Зачем им контроль? И сам же себе отвечаю — я мог отослать их подальше и так уберечь. И скольких еще уберечь и спасти лишь контролем. Но человек — это выбор. Без выбора человек — это раб. Нет мне этой мерзости точно не надо. Клинки буру в руки и делаю шаг.
Боль. Твою же налево. Опять. Ведь не пси активно же. Такое ощущение, что сам себя убиваю. Стоп, я же не вышел из слияния. Пытаюсь вывалиться раз, пытаюсь два, на третий вываливаюсь. Фух. Кажется жив. Как я мог так запудрить сам себе мозги, что бы наступить на те же грабли? Вывод неутешителен — я герой — все герои по умолчанию тупы, и вот я тоже туплю. Герои долго не живут — второе правило героев. Нет, не хочу быть героем , можно я как-то поскромнее. Хрен с ним с повышенной зарплатой, пожить охота. Сил идти никуда нет. Устраиваюсь поудобнее на полу и проваливаюсь в сон. Мне уже все равно. Прости Док, не будет у нас готовой нейросети, самим придется этой дорогой идти. Если не выродимся и не растеряем раньше все знания, что есть сейчас.
Проспал я не так уж и долго — всего четыре часа. Встать заставил себя через силу. Все болело. Ни состояние слияния, ни транс не получались. Не чувствовал я даже своих симбионитов. В голове бахали колокола и тело отзывалось резкой болью при каждом движении. Но я был все таки жив. Надо выбираться отсюда. Найти дорогу обратно — легче легкого — иди просто по трупам и все. Вот только сильно они мешаются под ногами и переступать их тяжело. Но я шел. Старался идти плавно, что бы не растрясти мозги. Наука говорит, что между мозгами и черепом — жидкость. Ну у меня ее явно уже нету. Не помогала аптечка. Кибердоктор был мертв — где то его зацепили. Шел сугубо на морально-волевых. На свою радость нашел и ребят. Далеко не всех. Или они меня нашли. Выглядели они ничуть не лучше. Сборище инвалидов.
—
Рад видеть вас парни. — просипел я.
—
Мы тоже.
—
А остальные?
—
Погибли, это все.
Их было восемнадцать — меньше половины. Судя по всему трое тяжелых. Остальные хоть и изранены, но явно жить будут. Клэна не было.
—
Как все было?
—
Сначала терпимо, потом все хуже и хуже. А когда они поперли одной толпой, Клэн и Мирт остались снаружи дать нам время отступить сюда, подорвал вход Мирт. Хотели искать тебя идти, но ты сам говорил — рядом с тобой нельзя — вот и ждали здесь.
—
Давно тут?
—
Семь часов с мелочью.
Я сверился с часами у себя с нейросетью. Так добирался я сюда три часа, четыре — отключка, а с мелочью — это получается когда я дошел до резервуара. Ясно все.
—
Выходит я тогда почти добрался до цели — вот и бросил тутошний искин все на защиту себя.
—
Может быть. Судя по всему тебе тоже досталось.
—
Будет настроение прогуляйся по моему маршруту, есть на что посмотреть.
—
Настроения нет. Парням совсем уже плохо. Надо помощь.
—
От меня сейчас толку меньше, чем от тебя. Да и вообще не знаю, отойду ли я. Силу не чувствую абсолютно и ничего не выходит. Извини.
—
Хреново, мы надеялись на тебя.
—
Прости, подвел.
—
Эту гадость, я так понял, ты вырубил окончательно?
—
Да, Доку обломится. Слишком опасна. Вон пусть трупы изучает.
—
Он тебя отравит. — Стерни улыбался, ну да я представил пышущего возмущением и праведным гневом Дока с бутылочкой яда в руках и тоже хихикнул.
—
Я тут у вас посижу. Если не против.
—
Да сиди, можешь и полежать. Нам не жалко.
—
Кстати, будем ждать когда откопают?
—
Да кто его знает, пока все равно надо прийти в себя. Давай потом подумаем.
—
Как скажешь, мне думается еще тяжело.
Я вроде просто присел, а очнулся уже через девять часов. Тело ныло — что затекло, что просто болело. Зудело бедро и бок. Пока я спал двое тяжелораненых умерло. Я ничем не мог им помочь. Кто бы мне помог. Зато радовало меня отсутствие перезвона в голове. На волне энтузиазма я попробовал войти в слияние. Ухх. Как больно. Как будто сломанной рукой попытался что-то поднять. И не поднял и рука обиделась. В голове опять начало позванивать.
—
Парни, я не могу использовать силу, как бы не перегорел.
—
Все так плохо?
—
Даже хуже.
—
Что будем делать?
—
Как Стерни вернется подумаем, но делать необходимо иначе Валз не выкарабкается.