Новое место жительства

А что будет, если группа подростков обнаружит портал, ведущий на другую планету? Они расскажут об этом родителям или «раструбят» на весь мир? Нет! Только сами и только вперёд! в новый мир!

Авторы: Верещагин Олег Николаевич

Стоимость: 100.00

чуть ли не посреди города, так что подобное пешее путешествие вызвало у меня недоумение. Но я промолчал, всё ещё погружённый в собственные переживания и борющийся с сомнениями, которые то накатывали, то отбегали — как волна на морской берег.
   Юрка — с абсолютным презрением к условностям цивилизации — шагал босиком и соизволил натянуть на плавки только убитые до последней степени шорты, расписанные авторучкой в какие‑то абстрактные геометрические узоры. При этом он ловко катил баллон раненой рукой, то и дело пошлёпывая бойко вращающийся чёрный круг «по макушке», отчего тот весело подпрыгивал с упругим тугим звоном. Я, соответственно, обул кроссовки и влез в бермуды. И в моменты возвращения надежды снова и снова отчаянно завидовал Юрке.
   Мне хотелось пойти босиком.
   Ужасно хотелось.
   Но в почти четырнадцать лет это делать несолидно.
   Впрочем, Юрке на это было, кажется, наплевать — в своём городе он вёл себя, как хотел… и поэтому я тоже ему завидовал. А он вдруг покосился на меня и дурашливо пропел, ничуть не стесняясь того, что мы на улице и кругом какие–никакие, а люди:

— В лесу бывает много происшествий,
   Но мне одно покоя не даёт:
   Сидел в траве кузнечик всем известный,
   Похожий на военный вертолёт.
   Морально был устойчив зелёный наш кузнечик,
   Он матом не ругался и не пил,
   Не трогал он ни блошек, ни козявок, ни овечек,
   И с мухою навозною дружил…

— А дальше? — заинтересовался я. Юрка махнул рукой:
— А, потом… — он снова улыбнулся, стукнул баллон и, глядя куда‑то в сторону, негромко, но отчётливо прочёл на ходу: —

   Скоро мы победим,
   Я верю!
   И мама сварит много
   Вкусного киселя из столярного клея…

   Я недоумённо посмотрел на него. Но Юрка читал, всё так же постукивая баллон по чёрной тугой поверхности:

— Скоро мы победим
   И папа вернётся
   Из пепла Вороньей Горы
   В тельняшке, разорванной на груди —
   Он говорил, что фашисты её боятся!
   Пули её не пробьют, только штык!
   А в огне она не горит!
   А в штыки с моряком
   Никакому фашисту не справиться!
   Бум. Бум. Бум. Постукивал баллон. Мы шли по летней улице. Я слушал.
— Скоро мы победим,
   И с неба
   Больше не будет сыпаться
   На Ленинград
   Ничего,
   Кроме града, дождя или снега!

   Юрка неожиданно посмотрел на меня блестящими, яркими глазами. Его губы шевелились словно бы сами по себе:

— Скоро мы победим
   И будем жить
   В двух комнатах
   С целыми стенами —
   В них будет столько тепла,
   Что можно будет ходить раздетыми…
   И мама не будет топить до утра
   Буржуйку
   Мебелью и газетами…
   А вторая комната
   До потолка
   Будет наполнена хлебом!

   Скоро мы обязательно победим! — Юркин голос коротко прозвенел. Шедший мимо старик оглянулся на нас и долго смотрел вслед.

— Больше всего на свете
   Я и мама хотим
   Победить в сорок третьем!
   Мы постараемся всем двором
   Пережить–победить
   Эту последнюю зиму
   В сорок втором…

Стихи В. Третьякова
Стихи Интернет–поэта «Аль–Ру».