Итак, впереди у нашего Главного Героя два безумных дня во время начала Февральской революции 1917 года. И сделать ему нужно лишь сущую безделицу — за эти два дня спасти Россию. Самому предложить обществу альтернативу, в которую оно охотно согласится поверить. Альтернативу, которая предложит новое будущее для всех, а не для какого-то класса или группы.
Авторы: Бабкин Владимир Викторович
артиллеристы и исключена всякая ошибка.
И кто даст гарантию, что мятежники не станут использовать захваченных во дворце в качестве живого щита? Пусть не саму бывшую Августейшую семью, но там и без них полно всякой челяди, а лишних жертв очень бы не хотелось.
Да, что там говорить о возможном применении артиллерии, если и просто во время атаки пластунов, пусть даже самой молниеносной, может произойти всякое! Тем более что никто не знает, в каких помещениях дворца кто находится, сколько там мятежников и какое у них в наличии вооружение! Например, в бинокль можно разглядеть пару пулеметных позиций. Но сколько пулеметов у них всего и где они установлены — Бог весть!
Поэтому не могло быть и речи о классической штурмовой операции по захвату укрепленного объекта. И, судя по всему, засевшие внутри все это прекрасно понимали и чувствовали себя довольно уверенно, считая все приготовления лишь блефом.
В принципе, блефом это считал и сам Сандро, хотя и делал суровое лицо, отдавая решительные приказы по подготовке к штурму. И видимо настолько натурально у него это получалось, что, похоже, даже вдовствующая Императрица поверила, что он вот-вот отдаст приказ на штурм. Осталось только, чтобы и засевшие в Александровском дворце в это поверили.
А если нет? Что делать в данной ситуации? Ждать пока мятежники сдадутся сами? Очень сомнительно, что они это сделают добровольно и просто так. Не факт, что и Высочайшего прощения будет достаточно. Да и не дарует Михаил прощения после всего что случилось, тем более что после прошлого Высочайшего прощения прошло всего несколько дней и ни к чему хорошему это не привело.
Так что же делать? Время уходит и пока мятеж в Царском Селе не подавлен, пока в руках у заговорщиков Николай с Алексеем, события в любой момент могут принять очень неприятный оборот.
6 марта (19 марта) 1917 года. День.
— Они все глупцы. И Михаил глупец, и Сандро глупец, и Мария Федоровна не лучше. Они думают, все уже закончилось? Отнюдь! — говоривший усмехнулся и затушил папиросу в хрустальной пепельнице. — Они загнали себя в безвыходное положение. Подчеркиваю, не меня, а себя! Не скрою, ход с газетчиками был неожиданным и весьма эффектным, и этому решению я готов рукоплескать стоя.
Он еще раз просмотрел аршинные заголовки лежащих на столе листков экстренных выпусков столичных газет и повторил:
— Да, рукоплескать! Я в полном восторге от этой идеи! Конечно, они нарушили мой план использовать вас в качестве ширмы и отдавать повеления от вашего имени, но, в конце концов, они сыграли мне на руку!
— Я уже устал от твоих патетических речей. — Николай хмуро смотрел на сидевшего напротив человека. — Ты решил покрасоваться? Так я всегда чувствовал в тебе тягу к пафосу и театральности. Правда я не догадывался о величине твоего болезненного честолюбия, а оно, судя по всему, имеет просто чудовищные размеры, раз ты захватил Александровский дворец, а теперь держишь нас с Алексеем здесь взаперти. Однако ж, признай, что ты проиграл и мятеж провалился. Михаил не захвачен и не убит, мы с Алексеем фактически выведены из игры, а Зимний дворец освобожден от заговорщиков. Тебе не на что надеяться!
— О, нет, мой дорогой кузен, это ты пребываешь в мире иллюзий, не понимая всей красоты разворачивающейся Игры! Впрочем, позволь тебя утешить, ты не один такой. Это общая проблема людей с ограниченным мышлением. Те же мои коллеги по заговору, мнящие себя умными людьми и прожженными интриганами, на самом деле лишь напыщенные индюки, не понимающие, что впереди их ждет лишь одна дорога — в суп.
— Это все слова. Очередной набор пафосных и бессмысленных слов! Сделай одолжение, избавь меня от твоего самолюбования! — раздраженно огрызнулся Николай, украдкой покосившись на лежащий под рукой у «собеседника» браунинг.
Тот перехватил его взгляд и улыбнулся еще шире.
— Нет, Никки, даже не думай. Я выстрелю быстрее, у тебя нет никакой практики в этом деле, а я стреляю очень хорошо. К тому же, напоминаю, что в соседней комнате верный мне человек держит под прицелом твоего сына. Да и вся твоя семья с челядью у меня в заложниках, если ты помнишь. Так что давай без героических глупостей.
— И в чем красота Игры? — бывший самодержец в бессилии пытался тянуть время. — В том, что вы все, все участники заговора, пытаетесь обмануть друг друга, еще даже не доведя дело до конца?
Сидящий в кресле человек громко рассмеялся.
— Скажу больше, мы начали обманывать друг друга еще даже не начав играть! Но не на того напали, не на того! — говоривший в возбуждении потер руки. — Отправляя меня в Царское Село, они полагали,
