Итак, впереди у нашего Главного Героя два безумных дня во время начала Февральской революции 1917 года. И сделать ему нужно лишь сущую безделицу — за эти два дня спасти Россию. Самому предложить обществу альтернативу, в которую оно охотно согласится поверить. Альтернативу, которая предложит новое будущее для всех, а не для какого-то класса или группы.
Авторы: Бабкин Владимир Викторович
было бы нечего. А вот десятилетний мальчишка сумел сжаться в три погибели, лишь наблюдая с ужасом за тем, как через его убежище перепрыгивают, сквернословя все новые и новые люди. К счастью для Егора ни один из них не попал ногой в его ухоронку, а то и костей бы ему не собрать.
Изловчившись, мальчик подергал дверь в полуподвал и тихо заскулил, убедившись в том, что та была наглухо заперта. Уже провожая взглядом последних скрывающихся за углом демонстрантов, он понимал, что остался один на один с теми, от кого они все с таким ужасом сейчас бежали по улице.
Опасливо обернувшись туда, откуда начался их бег, Егор к своему великому облегчению убедился, что не шагают по улице цепи солдат с винтовками наперевес, что их черные штыки более не грозят ему. Лишь одинокая фигура полковника виднелась на фоне набережной.
Так и смотрели друг на друга, поверх лежащих на снегу нескольких раздавленных тел, полковник, отдавший своим солдатам приказ стрелять в сторону толпы и мальчишка, который в этой самой толпе как раз и находился.
Полковник Ходнев постоял пару минут хмуро глядя на опустевшую улицу, отмеченную страшными приметами того безумия, который охватил в эти дни любимый полковником город, а затем медленно пошел в сторону удерживаемого его подчиненными моста.
Когда фигура полковника скрылась за углом, мальчишка спешно выбрался из спасшего его углубления и быстро подбежал к лежащим на грязном снегу. Метаясь от тела к телу он выискивал среди них кого-то знакомого, страшась сам себе признаться в том, что ищет среди лежащих своего отца. Но, к счастью для Егорки, отца среди задавленных толпой не было. Представив себе, как сейчас мечется отец ища в бегущей толпе его самого, он поспешил покинуть это страшное место. Завернув на Большой, Егор со всех ног помчался по проспекту вслед бегущей толпе.
ПЕТРОГРАД. 27 февраля (12 марта) 1917 года.
Сводный отряд полковника Кутепова двигался по Литейному проспекту. Впереди шагала ощетинившаяся штыками рота Лейб-гвардии Кексгольмского запасного полка, за ней двигалась пулеметная рота, следом шли две роты Лейб-гвардии Преображенского запасного полка.
Далее по проспекту уже видны были клубы дыма, поднимающиеся от здания горящего Окружного суда. С той стороны слышались отдельные выстрелы, в том числе иногда звучали и пулеметные очереди. Очевидно, что мятежники стреляли куда попало, поскольку лишь некоторые пули пока свистели над головами солдат сводного карательного отряда.
— Поручик Скосырский!
Тот подбежал к Кутепову и козырнул.
— В общем так, поручик, бегите к ближайшему телефону и передайте в Градоначальство генералу Хабалову, что ввиду сложившейся обстановки я вынужден отдать приказ приостановить свое продвижение в сторону Зимнего Дворца. Мы начинаем зачистку данного района. Выполняйте!
Скосырский метнулся выполнять, а Кутепов уже отдавал приказы кексгольмцам разомкнуть ряды на три шага во взводной колонне и выдвинуться к дому князя Мурузи, откуда, как успели доложить полковнику, как раз и бил пулемет.
Разведчики разбежались выяснять ситуацию в районе Преображенского собора, Собрания армии и флота, Кирочной улицы и Орудийного завода. В случае выявления сопротивления туда должны были выдвинуться на подавление взводы и полуроты при требуемом количестве пулеметов.
Рота преображенцев поручика Сафонова при четырех пулеметах выдвинулась для взятия под контроль Бассейную улицу со стороны Надеждинской и Баскову улицу, выходящую на Бассейную. Взводу с одним пулеметом из роты поручика Брауна было поручено закрыть Артиллерийский переулок, который выходил непосредственно на Литейный проспект. Все команды получили приказ при продвижении толпы в их сторону отрывать огонь сначала поверх голов, а если потребуется, то и на поражение.
Раздав указания Кутепов огляделся. Тут ему в глаза бросились группы солдат Лейб-гвардии Литовского запасного полка, которые кучковались в большом смущении вдоль Литейного проспекта. Отдельно стояла и переговаривалась группа офицеров того же полка, явно не собираясь руководить своими подчиненными. Полковник нахмурился, а затем послал подвернувшегося под руку унтер-офицера выяснить у господ офицеров, в чем собственно дело.
Через пару минут все офицеры подошли, как положено к Кутепову и доложились, что у них в казармах большая суматоха, и они не знают, что им в этой ситуации делать.
— Господа, мне непонятна ситуация. Потрудитесь объяснить мне, в чем дело и почему вы не командуете своими солдатами. — Кутепов хмуро оглядел собравшихся.
— Дело в том, ваше высокоблагородие,
