«Мертвые игры начались!» И из рта Смерти вырвалось черное пламя, чтобы порывом ветра разойтись по всем рядам зрителей. И площадь не просто погрузилась в потрясенное молчание, площадь утонула в нем. А Смерть, наша некросовская эмблема, чуть склонившись к нам, вроде как заговорщицки, но на самом деле достаточно громко, прошептала: — Сделайте их. — Непременно! — гордо пообещал Норт.
Авторы: Звездная Елена
достану.
И мы вошли в зал.
Там на огромном магическом экране всеми цветами радуги светились результаты жеребьевки, и ярко пульсировала темно-синяя надпись:
«Первый бой „Некрос — Морат“»
Мне и так нехорошо стало, а тут еще и в голове раздалось:
«Я одного не могу понять, Риаллин, почему за тебя вступился гоблин?»
«Из соображений присутствующего в нем благородства», — мрачно ответила я.
И дабы прекратить беседу, которая могла подтолкнуть ректора к ненужным для меня последствиям, спросила Норта:
— Идем?
— Куда? — не понял он.
— Сражаться, — бодро ответила ему.
И начала озираться в поисках своей нежити и Дана.
— Уверена? — чуть подтрунивая, поинтересовался Норт.
— Абсолютно, пошли на полигон ждать боя, — ответила, продолжая выискивать взглядом Гобби.
— Как скажешь, — ответил Дастел.
И вот понять бы с чего он посмеивается.
— Хм, а вы уверены, что хотите простоять на полигоне до утра? — спросил Ташши.
Развернувшись к нему, выговорила:
— То есть бой завтра? Но как же… говорили ведь, что сегодня, я…
Эти двое переглянулись и Норт, прижав к себе, прошептал:
— Какая ты кровожадная.
Принц Танаэш пояснил:
— Команда Мората попросила перенести бой на завтра. Я так полагаю, они вас опасаются.
— Меня? — он вероятно шутил.
— Тебя, сокровище мое, — подтвердил Норт.
Эдвин, стоящий рядом с Даном, Никасом и Людвигом которые активно общались, повернулся, взглянул на нас, кивком головы позвал к ним. Мы и пошли, и пока топали я обратила внимание, что наши две команды единственные, которые вообще между собой общались — остальные стояли обособленно и… подальше от нас. Еще дальше находилась их нежить, причем все своих умертвий контролировали и зло на меня смотрели, почему-то. И едва я подошла, раздалось с десяток команд, после которых нежить синхронно отодвинулась от меня подальше.
— О, вот и некросовское сокровище, — Никас изобразил приветственный полупоклон. — Про скандал парни уже доложили?
Отрицательно помотала головой.
Дан широко мне улыбнулся, а в итоге захохотал, угорая над чем-то мне неведомым. Людвиг с трудом сдерживал смех, но плечи его сотрясались, да и улыбка нет-нет, да и воцарялась пугая всех окружающих присущим вампирам оскалом. Норт и Ташши сдержанно улыбались, хмурым оставался один Эдвин.
— А что случилось? — переводя взгляд с одного на другого, спросила я.
Никас, хохотнув, подался ко мне и заговорщицки поведал:
— Как объявили итоги жеребьевки и команды участники первого боя, капитан команды Мората как заорет визгливым голосом: «Она моего Шахди приручит вмиг! Я требую отсрочки боя! Это какая-то паршивая магия! Она любовным зельем обрызгалась! Кто вообще пустил девчонку на игры?!»
Я стояла потрясенная до глубины души, а вот Эдвин мрачно произнес:
— Что примечательно — никто из присутствующих даже не улыбнулся. После того как ты фактически у всех на глазах без каких-либо усилий приручила Хамману, игроки заслуженно опасаются тебя, Риа. Понимаешь, что это значит?
Растерянно посмотрев на него, отрицательно покачала головой. Харн, поджав губы, пояснил:
— Ты — станешь приоритетной целью для первой атаки. Ты. Не Яда, не Коготь, не Гобби, и не Норт с Даном, а ты! И учитывая твою боевую и физическую подготовку, я склонен согласиться с Гаэр-ашем — тебе не место на Мертвых играх, вся эта затея ничем хорошим не закончится.
От его тона мне окончательно стало нехорошо, хотя куда уж больше, и я чуть язвительно поинтересовалась:
— Упасть отжаться?
Улыбнулся краем рта, укоризненно посмотрел и не стал ничего говорить.
И тут, словно шелест раздались шепотки по притихшему залу, я, как и все наши повернулась, и увидела шедшую к нам ведьмочку. Она была как и все в черном платье с белыми манжетами и воротничком и в белом кружевном фартучке, руки сложены сзади в замок, от чего осанка и так очень красивая у всех ведьмочек, была еще прямее. Головка чуть приподнята, глазки опущены, черная длинная коса перекинута на плечо, движения плавные, и вектор направления явно в нашу сторону. И улыбка такая слегка загадочная, но больше чуть самодовольная, словно она точно знает, что все сейчас смотрят исключительно на нее. Шагах в десяти от нас ведьмочка грациозным движением отбросила косу на спину, вскинула подбородок и посмотрела… на Норта. Прямо на Норта, исключительно на него. И взгляд был такой… вызывающий, провокационный, заигрывающий. А может мне просто показалось, но в следующий миг на красивом лице
