У меня было все — деньги, крутые тачки, роскошные женщины… и всего этого я лишился в одно прекрасное мгновение. Не удивляйтесь, ибо то, что отец сбагрил меня в армию, было лучшим, что случалось со мной. И пусть кругом смерть и кровь, я не один, рядом такие же отмороженные на всю голову парни. Мои братишки — Коршуны. Я Мажор и горжусь этим! Это мой позывной. Я спецназовец. Я Коршун.
Авторы: Соколов Вячеслав Иванович
к лицу и края плотно и крепко прилегают к костюму. Блеск! Теперь можно помахаться от души…
— Предупреждаю. В лицо сильно не усердствуйте, изменяется только лезвие. Рукоятью расхерачите рожи, маска удар не скомпенсирует. Так что учтите.
Как я и подозревал в напарники мне опять выпал командир. И пару минут незабываемых ощущений было обеспечено. Минимум оказался весьма странным. Как и сказал командир, временным. Боль-то осталось на прежнем уровне, просто заканчивалась через пару секунд, чего вполне хватало, чтоб схлопотать еще пару тычков. Но и я его зацепил! Да!!! Сперва по запястью с ножом полоснул, и, воспользовавшись миллисекундой замешательства, атаковал вторую руку. А что? Зря что ли учили? Фиг бы я до тела добрался. Да и в реальном бою повредить руки половина успеха. Вот и Рогожин одобрительно кивает…
— Минут через десять будут, — это в зал заскочил, выходящий куда-то Степаныч.
— Так, бойцы, хватит, — Рогожин снимает с лица маску и стягивает капюшон. — Приводите дыхание в порядок.
— Так когда было запыхаться-то? — слегка удивленно спрашивает Лаки. — Даже вспотеть не успели.
— Вот и хорошо, вам силы понадобятся. Ждем.
Рассаживаемся на полу, скрестив ноги. А что? Командир сказал отдыхать, значит отдыхать. По крайней мере, есть время внимательно рассмотреть маску. Что интересно, пока она не надета, нож на нее не реагирует… Интересная технология. Не думал что прогресс до такого дошел…
Ох, ты ж… Беру свои слова, по поводу дурацкого вида костюма, обратно. Тут ведь оказывается все дело в том на кого его надеть… Эти пять подтянутых женских фигур смотрятся потрясно. Ждали то страшных мужиков, а тут пяток весьма симпатичных особ женского пола. Вот и приключилась радостная реакция. Кто начал аплодировать первым так выяснить и не удалось, хотя догадаться не трудно… Но Вован делая честные глаза, утверждал, что это был Сашка. Ага! Нашел на кого сваливать, еще бы на Марата указал… Балаболка.
Хотя получилось прикольно. Девицы обалдели от такого приветствия, но моментально сориентировавшись, выдали походку от бедра и таким макаром продефилировали в нашу сторону. Таким образом, выиграв очко в свою пользу… Я чуть слюной не подавился. О да, ради таких моментов стоит жить!
Но вот дальнейшее было, я бы сказал, хамством. Подойдя уставились на нас скучающими взглядами, а на губах начиная от ироничной и до презрительной улыбки. Да что они о себе возомнили?
Балагур конечно красавчик. Полушепотом, но так что б его было слышно этим нахалкам, спросил:
— Мажор, вот ты в этом деле поопытней будешь. Скажи, если трусов нет, куда деньги пихать?
Вот так вам! Тут такие мужики, а они рожи корчат! Правда, теперь не презрительные. Вот одна высокая, пепельноволосая красавица не выдержала:
— Я вижу, Руслан, что вокруг тебя, как и всегда, одни хамы?
— А что такое? — с невинным видом интересуется Рогожин.
— Ну, для начала, никакого понятия о субординации, — и повернув голову к Балагуру, продолжила: — Тебя не учили, что при встрече с офицером нужно отдавать честь?
— Прошу прощения, но я без головного убора, — Вовка, ехидно улыбаясь, проводит рукой по короткому ежику волос.
— И потом, — вмешивается Рогожин, — где сказано, что солдат должен отдавать честь го… ой, пардон, женщине без знаков различия. А то ходят тут разные…
— То есть, мы должны были сперва зайти представиться? — ощерилась дамочка.
— Как минимум, — кивает капитан.
— Сержантам?
— Да хотя бы мне, если ты такая гордая. Да и поздороваться, входя тоже.
— А ты меня не знаешь? — игнорирует последнее высказывание.
— Знаю, но может тебя уже в рядовые разжаловали.
— Кого? Меня? — девица начинает раздуваться от злости. — Я, в отличие от некоторых, на генералов не набрасываюсь!
— Это потому что ты карьеристка, и думаешь только о себе.
— Я? — еще чуть-чуть и из красивых ушек пойдет пар. — О себе? Не тебе говорить, у меня люди не гибнут.
Капитан вздрогнул и процедил сквозь зубы:
— А у меня гибнут. Потому что воюют, а не сидят в наказание на базе, вертя задницей и отправляя нормальных ребят в лазарет…
Ох ты ж! А ведь эти двое давно знакомы, и явно недолюбливают друг друга. Интересно, подерутся или нет?
А страсти накаляются. Капитан уже не кажется спокойным, он явно зол. Девица подло ударила в больное место. Да и остальные явно поддерживают ее. Вон рыжая стерва, пристально смотрит на меня, и проводит кончиком языка по губам. В другое время это наверняка бы подействовало, но не сейчас. Слегка приподнимаю бровь. Типа: «О чем ты»?
