У меня было все — деньги, крутые тачки, роскошные женщины… и всего этого я лишился в одно прекрасное мгновение. Не удивляйтесь, ибо то, что отец сбагрил меня в армию, было лучшим, что случалось со мной. И пусть кругом смерть и кровь, я не один, рядом такие же отмороженные на всю голову парни. Мои братишки — Коршуны. Я Мажор и горжусь этим! Это мой позывной. Я спецназовец. Я Коршун.
Авторы: Соколов Вячеслав Иванович
счет. Потом, конечно, проставляемся… Так вы что, не скажите своим?
— Не скажем, не скажем, — хлопаю его по плечу, — только ты уж будь ласка, перед шуткой, собери со всех расписки. Претензий не имею, в моей смерти никого не винить, потому что я сам дурак…
— Чего? — парень выпучивает глаза.
— А того! — добродушно улыбается Олежка. — Вот представь, захожу в комнату, весь такой в предвкушении… встречи с дамой. И тут на меня со всех сторон наваливаются здоровые мужики. Как думаешь, что я буду делать?
— Отбиваться, — летеха довольно смеется.
— Дурак ты, — криво улыбаюсь, — а еще лейтенант.
— Чего это? — похоже, что Андрей обиделся.
— Убивать он будет, убивать. Вас долбо…в убивать, — начинаю злиться. — И поверь, это единственное, что мы умеем делать хорошо.
— Ну, это не так просто… — вот только голос не слишком уверенный. — Хотя учитывая, как вы на постах действовали, и то, что Валькирий уделали… А приходилось хоть убивать то, парни? Человек такая скотинка, еще умудриться надо…
Мы с Олегом переглядываемся. Что ни скажи, будет выглядеть, как хвастовство.
— Ты знаешь, лейтенант, — качаю головой, — я предупрежу парней. Хорошие вы мужики, веселые. Живите.
И развернувшись, нажимаю на звонок.
— О, какие люди! Милости просим, проходите, — Ритка делает шутливый реверанс.
Заметно, что девушка недавно из душа, так как одета в тяжелый махровый халат до самого пола, на голове тюрбан из полотенца.
— Мальчики, простите за непрезентабельный вид, — кокетливо улыбается. — Но увидев, что это вы, — показывает пальчиком на экран монитора, — решила не суетиться. В конце концов, вы меня в куда более сексуальном виде видели.
— Это когда? — тут же заинтересовался Молот.
— Что значит когда, — притворно удивляется, — да на тренировке. Но могу пойти переодеться.
— Да брось ерничать, Рит, — качаю головой, — в самом деле. Или так и будем друг-друга подкалывать?
— Скучные вы, но все же я к себе сбегаю, переоденусь. Посидите вон в креслах или вы торопитесь?
— Нет вроде.
— Ну и хорошо.
— Рит, а где остальные?
— В душе еще, я позову их…
— Рит, — горло слегка перехватывает, — а можно не предупреждать?
Олежка сперва не понял о чем я, и уставился удивленным взглядом. Но постепенно глаза озарились пониманием и он закивал. Как голова не отвалилась?
Рита, прикусив губу, пытается не засмеяться:
— Ах вы, извращенцы мелкие!
— Мы крупные.
— Особенно я, — поддерживает меня Олег.
— А и не буду. Сколько раз говорила им. «Не ходите голыми»! — развернулась и упорхнула.
Ой, мамочки! Голыми! Судорожно сглатываю слюну. Олежка выглядит не лучше: глаза блестят, кадык дергается.
— Шифруемся? — интересуется с надеждой.
— Не тупи. И чтоб не звука!!!
Быстренько усаживаемся в кресла, прикрывшись для надежности отводкой. Ждем. Надеюсь, никто не считает нас извращенцами? Считает? Ну, так пусть он годик полазит по горам, постреляет, несколько раз попрощается с жизнью… И при этом ни одной голой титьки, даже в журнале «Плейбой». А тут еще и девахи кругом, а толку то?
Пока же осматриваю помещение. Ничего особенного: стол с мягкими стульями, кожаный диван, несколько кресел, огромная плазма на стене, музыкальный центр. И всякие кофеварки с чайниками, на столе возле стены. О! Еще холодильник! В желудке заурчало. Олег неодобрительно косится на меня. Показываю глазами на хранилище еды, Молот сглатывает. И то, ели то только утром.
Вот скажите мне, что это? Нам так не повезло, или Ритка пошутила? Валькирии явились сразу втроем. Но НЕ голые!!! Хотя конечно и нынешний вид весьма хорош! Но рассчитывать на что-то большее было глупо. Уж всяко Ритка бы так не подставила подруг. Скорее всего, не ходят они тут голые. А жаль…
Первой идет Аглая, вытирая голову полотенцем. вторая Хельга, в «тюрбане». На обеих большие полотенца, обмотанные вокруг тела. Хотя Хельга прижимает свое одной рукой. Маловато оно для ее роскошной груди. Последней плетется Аленка, в очень коротком шелковом халатике. Ну, а сверху и так понятно что…
— Уф… Девчонки. Все-таки горячий душ это что-то! — говорит довольная Аглая, переставая терзать прическу. Ага… Взрыв на макаронной фабрике.
— Сауна лучше, — не соглашается Хельга.
— Но до нее надо идти, — парирует пепельноволосая красавица.
— Это да… — обреченно вздыхает большегрудая блондинка. — А после сегодняшнего, желания у меня нет. Все тело болит.
— Не ной, — вмешивается Алена. — Меня сперва отпинали, а сегодня еще
