Однотомник! Я была довольна своей спокойной, размеренной жизнью, работой в книжном и толикой магии, которой обладала. Но в моей крови обнаружилась некая особенность, смертельная такая особенность, после чего я вынуждена была отправиться в другой мир на обучение в МагИнститут. Что меня ждёт? Тайны, магия, страсть и ненависть, серийный маньяк, орудующий в институте и большая политическая игра, исход которой невозможно предугадать.
Авторы: Осенняя Александра Сергеевна
Роза вскинула голову и сокрушённо произнесла:
— Зачем? Я бы справилась сама…
— Довольно с меня твоей самостоятельности, — жестко оборвал её парень, девушка вздрогнула, и Кирилл смягчился, заметив её реакцию.
— Ты подавляешь меня, Кирилл, — она говорила тихо. — Когда ты угрожал, что…лишишь меня невинности со своими друзьями, — девушка задохнулась, — это было правдой?
— Конечно, нет! — Кирилл протянул к ней руки, но она отшатнулась. — Никому, слышишь, никому я не позволю тебя тронуть или обидеть!
Девушка отвернулась от него, взгляд её устремился на сумеречное небо.
— Никому, — Роза тяжело вздохнула, — кроме себя самого…
— Ты ошибаешься, — Кирилл приблизился к ней и, обхватив её талию руками, прижал к своей груди. — Я просто защищаю тебя.
Если под защитой он подразумевает прилюдное унижение и обещание группового изнасилования, то так себе защита, скажу я вам.
Или я чего-то не понимаю?
Потому что Роза спокойно кивнула и чуть обиженно буркнула:
— Мог бы и предупредить.
— Не мог, — он зарылся носом в её волосы. — Отец следит практически за каждым моим шагом.
— Где он сейчас? — поинтересовалась Роза, поворачиваясь и, обхватив руками торс Кирилла, прижалась к нему всем телом.
— В министерстве, — он поморщился. — Но это неважно. Всё неважно. Кроме тебя, — последние слова он произнёс проникновенно. — Поцелуй меня, моя белая колючая роза…
Некромантка встала на носочки и с улыбкой потянулась к его губам.
Кирилл поцеловал Розу так трепетно, так ласково, прижимая к себе, поглаживая её поясницу, затем сжимая талию, что у меня образовался ком в горле. А когда из губ некромантки сорвался стон, я судорожно вздохнула. И было стыдно признаться самой себе, что увиденное возбудило меня. Боги, только этого мне не хватало!..
Назад, в общежитие, я возвращалась с колотящимся сердцем. Не потому, что поцелуй Кирилла и Розы вызывал у меня помимо чисто женской зависти ещё и возбуждение, а потому, что мои часы, переведённые на россонтийское время, показывали ровно одиннадцать часов вечера. То есть наступил комендантский час. В это время по уставу мне надлежит находиться в своей комнате и желательно спать. Нарушение правила – наказание.
Миссия незаметно проскользнуть мимо комендантши оказалась невыполнимой.
В административном корпусе я кралась, вздрагивая и замирая при каждом подозрительном звуке чьих-то шагов или голосов, звучащих в отдалении. В тоннеле перемещалась короткими перебежками, то и дело, ощущая на себе липкий взгляд кого-то…или чего-то. Б-р-р! Оказавшись в пустующем холле женского общежития, мне оставалось проскочить мимо сопящего «одуванчика» и добежать до лестницы.
Я даже до лестницы не успела домчаться, как вокруг моих ног со скоростью света закружился клубок, связывая нитями. Еле успела увернуться от летящих на меня спиц, которые, подобно смертоносным иглам, воткнулись рядом с моей головой в стену.
Жёлтый чепец стояла, сощурив глаза и скрестив руки.
— Нарушаем-с значит-с… — недобро протянула старуха.
Попытка оправдаться с виноватой улыбкой выглядела глупо.
— Пороть вас надо! Пороть! — завелась комендантша. — В особенности таких наглых невоспитанных девиц, как ты! На свиданку поди бегала?
— Нет, что вы… Ай… Ой…
Меня схватили за ухо.
— Вот тебя пороли в детстве? — вопросила она.
— Нет…
— А зря!
Возмущению моему не было предела.
— Иномиряне, — продолжала старуха, — вообще не умеют воспитывать своих отпрысков.
— Кто бы говорил… Ай!..
— Поговори мне ещё! — грозно произнесла Жёлтый чепец и потащила меня за ухо, очевидно, в кабинет ректора.
— Чёрт бы вас всех побрал!
— Не выражаться! — вскрикнула старуха. — Или вымою тебе рот с мылом! В мои времена, когда училась я, за нарушение правил тебя бы выпороли розгами! Досадно, что физические наказания отменили для всех, кроме боевиков и некромантов, ух я бы тогда взялась за воспитание!
— Вы и так на себя уже многое взяли… Ай! — тут же пожалела, что не сдержалась, ибо она терзала моё левое ухо, испытывая садистское удовольствие, наверняка упиваясь властью.
Мы вернулись в административный корпус.
— Зинаида Ильинична!
Только не это…
Вмиг зачесалась шея сзади.
— Да, Дёмушка, — запричитала старуха, — служба не дремлет.
— Поймали нарушительницу? — Неволина откровенно забавляло увиденное.
— Эй, — вполне искренне возмутилась, — почему ему можно нарушать комендантский час?!
— Потому что он дежурный, бестолочь! — объяснила комендантша и сильно дёрнула за ухо.
— Жаль её поймал не я… — зловеще протянул Неволин.
Я вдруг подумала,
