Однотомник! Я была довольна своей спокойной, размеренной жизнью, работой в книжном и толикой магии, которой обладала. Но в моей крови обнаружилась некая особенность, смертельная такая особенность, после чего я вынуждена была отправиться в другой мир на обучение в МагИнститут. Что меня ждёт? Тайны, магия, страсть и ненависть, серийный маньяк, орудующий в институте и большая политическая игра, исход которой невозможно предугадать.
Авторы: Осенняя Александра Сергеевна
что нет, мне лично нисколько не жаль. Уж лучше пусть эта…
— Вы к Филиппу Дмитриевичу? — осведомился он, голос звучал вежливо. Надо же, Демьян умеет быть вежливым. Вот уж не думала! — Зинаида Ильинична, возвращайтесь на пост, — предложил дежурный. — Я отведу её и сообщу о нарушении.
— Может не надо? — сдавленно пропищала я.
— Молчи, негодница! — моё мнение никого не интересовало, похоже. — Ох, спасибо тебе, Дёмочка! Да прибудет свет Созидающего над тобой! Старая я стала, скоро умирать!
— Угу, — буркнула я, — вы нас всех ещё переживете. И изживете со свету!
Негодование старухи проигнорировала. Меня неаккуратно подтолкнули к Неволину и комендантша, до этого шустрая, медленно заковыляла обратно в женское общежитие, оглядываясь на меня с неприязнью.
Почёсывая шею, я мечтала поскорее отделаться от его присутствия, а потому требовательно произнесла:
— Веди скорее к ректору, Демид!
— Демьян!
— Да какая разница! — прошла вперёд по направлению в сторону ректоровского кабинета.
— Мы не закончили, — меня схватили за локоть жёсткой хваткой и вернули на прежнее место.
— Мы и не начинали! — парировала в ответ.
У меня возникло желание потереться об него.
Нахмурившись, моргнула, отгоняя непрошенные мысли.
Но поняла одно: стоило Демьяну коснуться меня, шея прекратила чесаться. Проклятье!
— Что, язык проглотила, Волженская?
Ничего не ответив, сделала то, о чём впоследствии, наверно, пожалею. Неволин продолжал меня удерживать и чтобы вырваться, с силой наступила каблуком туфель на его носок. Реакция последовала незамедлительно: парень, прошипев от боли, отскочил и, соответственно, выпустил мой локоть. Свобода!
До кабинета бежала, осыпаемая проклятиями и обещанием четвертования. Впечатлилась, но не испугалась. Демьян догнал, когда я уже, схватившись за ручку, приоткрывала дверь в кабинет Филиппа Дмитриевича. А потому казнь моя была отложена на неопределённое время.
— Филипп Дмитриевич, добрый вечер! — Неволин оттолкнул меня каким-то образом и переступил порог кабинета первым, следом вошла и я. — Обнаружил и привёл нарушительницу порядка, — доложил он безэмоциональным голосом робота.
Таким взглядом, каким я сверлила спину Неволина, можно испепелить на месте, пожалуй.
— Нора! — удивился глава МагИнститута. — Не ожидал. Проходите, голубушка, присаживайтесь на кресло.
Усмехнувшись так, чтобы это заметил один некромант, прошла мимо и опустилась в мягкое кресло. Нахлынули последние воспоминания, связанные с этим местом. «Это из-за опустошения резерва и переутомлённости», — напомнила я себе мысленно. Филипп Дмитриевич, на первый взгляд, человек порядочный, мне просто-напросто послышалось.
— Нарушение комендантского часа, полагаю? — догадался мужчина.
— Всё верно, — подтвердил Неволин.
— Нора, — тон вполне приветливый, несмотря на ситуацию, — что вам известно о наказаниях? — он задал этот вопрос, лишь мельком бросив на меня взгляд, руки его лихорадочно перебирали бумаги на столе.
— Зачастую это принудительные работы, как меня заверили, — ответила, наблюдая за главой МагИнститута, в голове возник вполне резонный вопрос: почему у него отсутствует личный секретарь?
Осмотрелась, стараясь избегать пылающего гневом взгляда Демьяна. В кабинете царила атмосфера суматохи, было приоткрыто окно, занавески из плотной ткани едва ли проветривали помещение, в глаза бросилось необнаруженное в прошлый раз длинное напольное зеркало, наподобие тех, что в министерстве. Зеркало странно, почти незаметно, вибрировало. Или мне кажется?
— Дело в том, — Филипп Дмитриевич, тяжело вздохнув, отложил перебирание документов явно на потом, — что я не знаю, как вас наказать, студентка Волженская, начало учебного года, физическая «помощь» нигде не требуется.
Я мысленно заликовала! Меня не накажут!
— Но не думайте, — заметив мою реакцию, продолжил ректор, — что я поощряю нарушение правил.
— В библиотеке работы на месяц, — подсказал с коварной ухмылкой Неволин.
У меня нервно дёрнулся правый глаз.
Убью.
Демьян бросил на меня победный взгляд.
Что ж, 1:0 в его пользу!
Филипп Дмитриевич назначил мне наказание в виде работы в библиотеке по выходным с девяти и до одиннадцати вечера, поскольку комендантский час в субботу и воскресенье не действовал. Как именно мне предстояло отрабатывать наказание, решать библиотекарше. Я вознесла молитву местному богу о том, чтобы старуха проявила ко мне благосклонность, но, думаю, молитва будет проигнорирована.
— Демьян, проводите студентку до её комнаты, пожалуйста, — приказал ректор.
