Однотомник! Я была довольна своей спокойной, размеренной жизнью, работой в книжном и толикой магии, которой обладала. Но в моей крови обнаружилась некая особенность, смертельная такая особенность, после чего я вынуждена была отправиться в другой мир на обучение в МагИнститут. Что меня ждёт? Тайны, магия, страсть и ненависть, серийный маньяк, орудующий в институте и большая политическая игра, исход которой невозможно предугадать.
Авторы: Осенняя Александра Сергеевна
что меня всегда выслушают и поймут. От книг и вовсе веяло веками мудрости, опыта и знаний.
— Надеюсь, вы понимаете, что из-за нестабильности вашего дара я не могу допустить перемещение через зеркало, — голос мужчины звучал вкрадчиво. — Поэтому я принял решение, что на экскурсию вы отправитесь в коляске в сопровождении Игната Георгиевича и встретите своих сокурсников уже, непосредственно, в храме. Оденьтесь потеплее, Нора, на улице дождь. Мне не хотелось бы, чтобы вы простудились. У вас ведь есть зонт?
— Нет, сэр, у меня нет зонта, — ответила я.
— Коляска хоть и крытая, но, тем не менее, зонт вам всё равно нужен на будущее. Составьте список всего того, что у вас есть и того, что, на ваш взгляд, вам необходимо. Как составите, принесёте мне в своё свободное время. Свяжусь с министерством, оно обязано обеспечивать вас хотя бы примитивными вещами, — с участием в голосе произнёс ректор.
— Спасибо! — я с благодарностью и уважением присела в реверансе. Наверное, это выглядело неуклюже.
Только оказавшись за пределами кабинета, где меня уже ожидал Игнат Георгиевич, я подавила в себе желание нахмуриться внутренним мыслям. Какая-то странная и неоднозначная, получается, у ректора забота о своих студентах. Он волнуется, что у меня нет зонта, однако его совершенно не заботит отсутствие в комнатах отопления.
И ещё его это «мне не хотелось бы, чтобы вы простудились», когда как Виринея была уверена, что отсутствие отопления на это не повлияет. Значит ли это то, что нестабильность моего дара напрямую влияет и на мой иммунитет? То, что у меня хиленький организм, я всегда знала. Но я думала, что маги, как и всякий человек, подвержен простудам, просто кто-то больше, кто-то меньше. Оказывается, нет.
При выходе из МагИнститута меня обуял прохладный ветер, немного потрепал волосы, я плотнее укуталась в подаренную Виринеей шаль. Игнат Георгиевич, как самый настоящий джентльмен, подал мне руку и помог залезть в коляску, затем погрузился следом и крикнул ямщику: «Трогай».
Мне стало неловко. Одно дело любоваться им исподтишка в классе и совсем другое находиться с ним наедине, в тесноватой карате, вдыхать исходящий от него запах мужского парфюма, чувствовать тепло его кожи, поглядывать на его профиль, на чуть сжатые, чётко очерченные губы.
И только спустя время поняла, что откровенно его разглядываю, но то ли декан этого не замечал, то ли заметил, но игнорировал подчёркнутое внимание к своей персоне. Окончательно смутившаяся, я перестала наглеть и отвернулась к окну, чтобы созерцать улочки Этенбурга.
Тут и там мелькали прохожие, лёгкий дождик не стал для них причиной остаться дома. Дамы в пышных, благодаря кринолину, платьях прогуливались со своими компаньонками. Мальчишка в местами ободранной одежонке и в грязновато-коричневой фуражке продавал газеты под названием «Вести Этенбурга», выкрикивая главные новости столицы.
— Загадочное убийство в женском магическом пансионе! — выкрикивал детский голос, привлекая покупателей. Возле него то и дело останавливались, протягивали медную монету и с мрачным выражением лица вчитывались в заголовок газеты.
Мне стало не по себе.
— Это правда? — при мысли об убийстве в стенах учебного заведения меня бросало в дрожь.
— Беспочвенные, неподтверждённые фактами слухи, — мягко разубедил декан. — Несчастный случай, от этого никто не застрахован. Просто некоторые жёлтые газетёнки, — он поморщился, — решили нажиться на трагедии. Созидающий им судья.
Чтобы отвлечься от мрачный мыслей, я решила извлечь выгоду и расспросить о своём даре.
— Игнат Георгиевич, вам же известно, что у меня нестабильный дар? — начала издалека.
— Осведомлён, — прозвучало довольно-таки сухо.
— А правда, что у магов с нестабильным даром слабый иммунитет?
— Правда, — подтвердил мужчина. — Но это временно. Как только дар нормализуется, стабилизируется, окрепнет и иммунитет. Всякий дар – это своего рода стена, прямая и ровная, у нестабильных магов и некромантов эта стена с дырами, пробоинами. Соответственно, это уязвимые места. Дефекты, скажем так. Но если нестабильный дар рано или поздно стабилизируется посредством постоянных, кропотливых тренировок, то некромантам повезло меньше, их дар невозможно нормализовать, это всегда огромный риск.
— Что с некромантами не так? — с любопытством я подалась вперёд.
Усмехнулся.
— Об этом вы мне расскажите. В пятницу. Не забыли?
Ага, как тут забудешь!
— Не забыла, — я отрицательно покачала головой. — Можно ещё вопрос? Про нестабильный дар, — дождавшись кивка, продолжила: — Есть ещё последствия, помимо слабого иммунитета? Повышенная температура, приступы чесотки,
