Облепиховое пламя

тебе всего, дабы уберечь.
— Как насчёт «предупреждён — значит вооружён»?
Женщина усмехнулась.
— Про «меньше знаешь — крепче спишь» тебе ведь известно? Но, во всяком случае, я предупредила тебя. Не рассказывай о себе и никому не доверяй. Всё просто. Какими бы доброжелательными люди здесь ни выглядели — не доверяй! Что бы ни просили рассказать — не рассказывай ничего! Лги тогда, когда нужно солгать. Манипулируй тогда, когда нужно манипулировать. Если не сможешь, тогда просто избегай вопросов. Прогнёшься — станешь пешкой.
— Воу! — потрясённо выдохнула я. — Всё кажется таким серьёзным…
— Не кажется, — поправила мама. — Всё серьёзно как никогда.
— Я не справлюсь! — хотелось захныкать, как маленькая девчонка.
— Нора, милая, успокойся и послушай. Наступило то время, когда я больше не в силах защитить тебя полностью, теперь и тебе придётся защищать себя. К сожалению, в одиночку, потому что я пока не могу остаться в Россонтии. Некоторое время — так сложились обстоятельства — нам нельзя будет общаться как-либо. Сегодня последний день, когда мы видимся. Не ищи меня самостоятельно. Я буду связываться с тобой сама и только тогда, когда это будет безопасно.
Я начала паниковать, что незамеченным не осталось.
Мама крепко прижала меня и со вздохом произнесла:
— Как же хочется быть рядом, но нельзя. Что за жизнь проклятая!..
Отчего-то почувствовала себя виноватой, а потому заверила:
— Не переживай за меня, — попросила, — я справлюсь!
— Лиза, я могу рассчитывать на покровительство с твоей стороны для Норы? Хотя бы первое время. Договорись с министерством, пускай зачислят её в этот пансион. Если моя дочь будет под твоим крылом, я буду чувствовать себя легче, да и ей намного безопасней.
Из лазарета мы телепортировались прямиком в кабинет директрисы, воспользовавшись зеркалом в уборной. Женщина предложила чаю с молоком, который я приняла с опаской, и, лишь когда мама преспокойно сделала глоток напитка, облегчённо пригубила чай. Отказаться была не в силах — горло пересохло из-за продолжительного разговора с матерью.
— Лара, сама знаешь, я бы рада была, если бы твоя дочка обучалась в пансионе, однако мест нет, к сожалению. Думаю, министерство определит её в МагИнститут. Впрочем, неплохая перспектива. Специализированный факультет для попаданцев. У нас в пансионе таковой отсутствует, Норе пришлось бы посещать курсы в министерстве и ежедневно подвергать себя опасности.
— Извините, что прерываю, — вклинилась я как бы между прочим, — но как насчёт моих вещей, мама? Одежда, книги, телефон и ноутбук…
— Нора, в Россонтии нет электричества, только несгораемые свечи. Про прежнюю одежду можешь забыть, сразу говорю, в этом мире тебе придётся одеваться несколько… иначе.
— Насколько иначе? — почувствовала себя нехорошо.
— Длинные платья или юбки в пол. Соответственно леди, скажем, девятнадцатого века. Естественно, в Россонтии своя мода, но за нравами здесь следят. Захочешь избежать общественного порицания — придётся одеваться, как местные, чтобы не выделяться.
— Капец! — ошарашенно выдохнула я.
— Какой ещё капец? — удивлённо полюбопытствовала директриса.
— Ну это который «пипец», «кирдык», «писец», — попыталась разъяснить. — Есть ещё одно слово, рифмующееся с «писец», только оно слишком неприличное, чтобы произносить его вслух, — я покосилась на мать.
— Это она сейчас на каком языке говорила? — директриса обратилась уже к Ларисе.
— Нора, не выражайся, пожалуйста! — укоризненно шикнула мама.
— Ладно, — буркнула. — Есть что-то ещё, что мне нужно знать?
Женщины переглянулись. Я заподозрила неладное.
— Понимаешь, — начала мама, — в Россонтии народ подразделяется на классы.
— Аристократия и челядь, — невозмутимо продолжила за неё директриса.
Мама сверкнула на неё взглядом. Я поёжилась в кресле. Елизавета же пожала плечами, мол, что такого.
— Иначе говоря, — попыталась перефразировать мать, — те, кто не обладает магической силой, являются невольниками.
— То есть, рабами? — переспросила, сглотнув ком в горле.
— Это справедливо, я считаю, — подключилась директриса. — Эволюция! Маги — вершина этого мира! Сильные властвуют над слабыми! Так было всегда. Всё по законам природы, не иначе.
— Лиза, ты палку-то не перегибай, — осадила её мама. — «Пред ликом Созидающего все люди равны».
Созидающий… Во второй раз слышу про некоего Созидающего.
— Что это — Созидающий? — я непонимающе посмотрела на мать.
— Не «что», а «кто». Божество. Создатель миров, — объяснила женщина.
— Есть такой предмет, называется «История мироздания», ты подробно узнаешь