Врачевать людей в Вечной империи не по одобренной свыше инструкции опасно. Вдвойне опасно врачевать при помощи магии. Такие действия прямиком ведут на костер. Бегство от пристального внимания не помогло. Один из лучших лекарей Вечной империи по-прежнему страшно необходим Храму Солнца, не любящему конкурентов и независимых магов.
Авторы: Лернер Марик
Упаси Мрак пытаться наладить с таким типом отношения или предложить метод избавления от «заячьего» взора. Аргументы бесполезны. Тут уж без вариантов, второй Старейшина. Все заранее знает, и никакие отговорки не помогут. Прямо без подготовки принялся входить в боевой транс. Засечь это обычными методами невозможно. Чистая психология и самовнушение. Но выбор отсутствовал. Если что-то пойдет не так, убраться смогу, только максимально выложившись. Но это на крайний случай. Убить первосвященника дело нехитрое, но ведь не дадут уйти спокойно. Всей империей травить станут. К такому не готов.
«Спокойно, — посоветовал сам себе, глядя на происходящее со стороны. — Не сорвись раньше времени. Это крайний вариант. Не для того меня звали, чтобы тыкать ножом в спину. В любом случае, успею первый, если он не начнет по своей инициативе. Уж сделать и сильного мага сумею. Не впервой. Меня даже не обыскали!»
— Мне все и всегда врут, — печально сказал первосвященник.
Каждый, возглавивший высшее служение, теряет мирское имя. В летописях это создает путаницу. Тем не менее, многие помнят и имя Севрин, и происхождение. Его род происходит из провинции Нигар, с запада. Почти родные места. Прямо через пролив от Серкана. Наверняка в тамошнем Храме есть масса родственников. Это имеет значение в нынешнем противостоянии и гражданской войне или нет? Плохо, что я до сих пор не уяснил, что, собственно, происходит и не ожидал подобного. Меня сделали вчистую. Даже мысли не возникало о встрече на таком уровне.
— Каждый хочет для себя урвать нечто. Этот тоже, — махнул иссохшей лапкой первосвященник, перехватив мой взгляд на мага, продолжавшего сверлить меня глазами. — Просто одним требуются деньги, другим власть, а третьи желают великой славы, — он хихикнул. — Вот тебе чего надо? Честно!
— Чтобы мне не мешали заниматься профессиональной деятельностью, — ответил без запинки. — Не стояли над душой, не требовали каждую удачную лечебную находку утверждать через людей, не способных понять, что это за открытие, и получивших звание и разрешение спасать людей травами и хирургическими инструментами исключительно из-за принадлежности к жречеству. Чтобы не мешали публиковать сообщения о моих достижениях, придираясь к пустякам, демонстрируя власть.
Выдохнул, переводя дух и продолжил со всей возможной искренностью:
— Готов платить за работу печатного станка, но не содержать армию бездельников, занимающихся пересылкой материалов для утверждения в Карунас. Месяцы проходят, прежде чем последует ответ, но не с утверждением и позволением, а требующий уточнения некоего места. Годы протекают бессмысленно, а люди продолжают умирать по вине Храма.
— Откровенно, — согласился первосвященник.
Еще бы, знаю я эти штуки с индикатором и видел, как он смотрел на крышку ящика. С моего места не разглядеть, даи вид у них разный бывает. Одно неизменно. На ложь загорается красный свет, на правду зеленый. И как бы это опять со старых работ Врача не пошло. Запрещающий и разрешающий значок. Еще желтый бывает, предупреждает — внимание!
Я специально проверял, умелый человек такой простенький прибор легко проведет. Надо всего лишь сообразить, как правильно отвечать, и можно сказать так, что будет правда — в каком угодно направлении.
Во-первых, сообщение, высказанное тобой, могло прийти от человека, которому ты доверяешь. Он мог искренне заблуждаться, его могли обмануть, сознательно соврать — ты просто повторяешь чужие слова. Не лжешь. Во-вторых, всегда есть возможность сказать нечто такое, что каждый понимает по-своему.
В-третьих, и это гораздо важнее, не обязательно изливать полностью душу, если это чревато последствиями. Многое можно и не договаривать. И самое важное, старайся не отклоняться от того, что считаешь правдой. Все, сказанное мной, честно. Надо выдать и кусок истины, чтобы не сомневались в остальном. Но сказано далеко не все. Глупость эти артефакты, и магов, создающих их, давно надо бить по пальцам. Но вот такого совета я точно не дам.
— Ну что ж, в твоих утверждениях есть доля справедливости, но ситуация всегда может быть рассмотрена под разными углами.
Угу, мысленно согласился, все зависит от того, с какой стороны от закрытой двери туалета ты находишься. Снаружи время течет намного медленнее. Меня собираются кормить банальными вещами.
— Обвинять Храм в небрежении, — сказал с нажимом первосвященник, —я бы не рекомендовал. Только забота о здоровье и необходимость тщательной проверки новых методик или лекарств вынуждает нас внимательно подходить к изучению заявок. Ты представляешь их количество каждый год?
— Я могу осмотреть вас? — встрял в возникшую паузу, проявляя
