Обмануть смерть

небольшие деревни, окруженные маленькими квадратиками и прямоугольниками возделанной земли. В основном все же террасы на склонах, но кроме обеспечения семей, горцы еще и на продажу производят. Потом деревни исчезлиполностью. Даже если присутствовали где-то рядом за поворотом, на виду дома пропали. Вероятно, опасная местность. Начиналась зона укрепленных башен, вечно готовых к осаде соседей.
Дорога бесконечно петляла и кружилась. Иногда казалось, идет обратно, и опять приходилось переходить оставленную далеко позади реку. Пересекали иногда достаточно глубокую воду без всякого признака мостов вброд, и в том было мало приятного. Она ледяная, потом необходимо сушиться, чтобы не заболеть всерьез. Невольно посматривали с симпатией на вечно хмурую проводницу, настоявшую на закупке множества вещей, включая яков. И если с ослами или лошадьми приезжие разобрались бы сами, приобретать огромных косматых зверей отправилась сама Маргат.
Причем рядилась долго и упорно, с божбой и руганью, хаяла животных и добивалась понижения цены с великим усердием. Всякий раз находила у очередного яка новые недостатки. Здесь иначе нельзя. Отдашь сразу запрошенное — примут за недоумка и в следующий раз всучат рваную тряпку по цене ковра из Султаната. Да это и яркий сигнал — у имперцев полно денег. А желающие отнять всегда найдутся.
Она же настояла на том, чтобы мы подождали пару дней до выхода большого каравана, сломив сопротивление Пулада и шантажируя отказом от соглашения. Солдаты между собой дружно одобрили идею. Не дело простым легионерам начальству указывать, но простая логика нормального человека говорит — в куче легче и проще. Даже и защищаться удобнее. Кто осмелится напасть на несколько сотен человек? Торговцам тоже нужен перевал, так что нет смысла задерживаться лишнее время. Так в чем проблема? Наверняка имелись какие то резоны, иначе Пулад не бесился бы так из-за задержки. Даже их, легионеров, пытался воспитывать.
Феликс очень быстро усвоил, что сержант не собирается передавать бразды правления над своим бывшим взводом, превратившимся волей судьбы, удачи и божественного вмешательства в отделение. Только через него шли приказы, как в самом начале. Отстал брат ордена без особой охоты, сверкая глазами и дымя гневом. Видимо, чтобы излить желчь, занялся последним фемом Келли, изводя придирками и мешая тому тихо напиваться. Они даже подрались, причем все закончилось победой монаха. Отнял все имеющиеся деньги, и разобиженный фем, окончательно утратив самостоятельность, так и наводил на всех уныние до отбытия и после него.
Странная баба эта Маргат. Больше похожа на мужика, чем на женщину. Ничего удивительного, что нормальной супружеской жизни нет, и она водит караваны. Жаль, не понять, о чем говорит вышивка на ее куртке. Лекарь утверждает, что по ней многое можно узнать о происхождении, племени и ближайших родственниках, однако сам не разбирается. Или говорить не хочет. Слишком много для приехавшего с другого конца цивилизованного мира он иногда знает об окружающем. Не похоже, что дело в общности поведения всех горцев, откуда бы они ни взялись.
Обычно это не заметно, и вряд ли кто понял, но очень похоже, лекарь и речь местных разбирает. Не свободно, но кое-что понимает. А язык или жесты уж точно из Серкана не передались. Там даже последние вахлаки говорят на общем наречии, приходилось слышать. С этим — ничего общего. Звуки гортанные, гласные сдвоенные. И развитый язык жестов. Практически целый язык. Об этом и раньше доводилось слышать. В соседних долинах могут не постигать язык иной деревни, а вот речь жестов все разбирают. Одно движение для понятия, и не надо учить множество языков.
— Многочисленные свидетельства древних и авторитетных ученых сообщают: безодар, или как иной раз пишут, безоар, помогает при отравлениях мышьяковыми ядами, — сказала рядом дама фем Кнаут, продолжая разговор о методах лечения.
Для похода она переоделась по примеру проводницы — в нечто, напоминающее мужской наряд. Во всяком случае, штаны на ней имеются, и не будь платка на голове, со стороны недолго принять за мальчика-подростка. Для послушницы снять рясу — тяжелый грех. Тоже занятное поведение. Прятаться поздно, все и так в караване в курсе, а кое-кто откровенно косится с неприязнью. Ну да без разницы. У каждой группы все равно свой отдельный костер, и никто не обязан дружить сразу со всеми. А задевать их пока не пытались. Так, по мелочи, в общем карауле. Только любой легионер эти штучки с проверкой еще в детстве выучил накрепко, и подловить их не получится.
— Если растереть в равном количестве, не меньшем, чем вес десяти зерен ячменя, может исцелить практически от любого заболевания.
Лекарь жизнерадостно