Обманутый

ничего не слышал. Значит, кто-то хочет, чтобы квартиру в «Виллах» обнаружили. При определенных обстоятельствах.
— И каковы эти обстоятельства?
— Именно здесь мне и потребуется твоя помощь.
— Ты хочешь, чтобы я это узнал? — с сомнением спросил Не Вин.
— Я хочу, чтобы ты был в курсе всех событий, — ответил Квин. — Я сам постараюсь выяснить, что происходит. А потом может потребоваться твоя помощь.
Несколько секунд Не Вин смотрел на Квина. Они молчали.
Наконец старик кивнул.
— Хорошо.
Через несколько минут появились доктор Хан и Орландо.
— Думаю, у нее вывих плеча, полученный в результате падения. Без рентгена не могу ничего сказать наверняка. Плечо не распухло, но это обязательно произойдет.
— Спасибо, доктор, — сказал Квин.
Он встал и направился в спальню.
— Подождите, — остановил его доктор. — Сейчас она не может с вами говорить.
— Почему? — спросил Квин.
— Я дал ей болеутоляющее. Ей необходим сон.
— Замечательно, — сказал Квин.
Ему хотелось поговорить с Дженни, но он понимал, что врач прав. Ей необходим сон. Им всем нужно поспать.
— Я вернусь утром, — обещал доктор Хан.
— Мы вам позвоним, — сказал Квин, желая сохранить свободу маневра.
— Как пожелаете.
Доктор направился к выходу, Не Вин собрался последовать за ним.
— Позвони мне, как только что-нибудь узнаешь, — попросил Не Вин, пока Квин стоял у открытой двери. — Это мой остров. И я не люблю сюрпризов.
Как только Не Вин и доктор Хан ушли, Орландо спросила:
— Что это значит?
— Он нам поможет.
— В чем? — спросила она.
Квин пересказал ей разговор с Не Вином.
— Значит, Маркофф хотел, чтобы ты в этом участвовал, — сказала Орландо.
— Похоже на то.
— Если бы он был жив, я бы сама его прикончила, — заявила Орландо.
— Почему? — удивился Квин. — Он лишь пытался помочь Дженни.
Орландо презрительно фыркнула.
— А ты давно смотрел на себя в зеркало? Ты видел, во что ты превратился? Смерть Маркоффа владеет всеми твоими мыслями.
— Почему же ты прилетела сюда со мной? — спросил он.
В ее глазах вспыхнул гнев, она собралась резко ответить, но в последний момент передумала. После небольшой паузы Орландо спокойно произнесла:
— Ты сам знаешь ответ. Просто не хочешь посмотреть правде в глаза.
Он потер ладонями лицо.
— Извини, — сказал Квин. А потом, словно только что и не произносил этих слов, повторил: — Извини.
Он ощутил прикосновение ее пальцев, почувствовал их успокаивающее действие. Она подошла к Квину, обняла его и положила голову ему на плечо.
— Я пойду за тобой туда, где буду тебе нужна. Почему — не имеет значения, — сказала она.
Он положил руки на плечи Орландо и прижал ее к себе. Впервые за очень долгое время он не был одинок.
Они стояли так несколько минут, а потом Орландо отстранилась.
— Тебе надо поспать, — сказала она.
— Нам обоим не помешает, — заметил Квин.
Она взяла сумку с магнитофоном и понесла ее к столу, где стоял компьютер.
— Сначала нужно расшифровать запись. Убедиться в том, что мы можем ее прослушать.
Орландо все подключила, дождалась, пока загрузится компьютер, и начала подбирать нужную программу. Квин сразу понял, что программа как-то связана с системой воспроизведения звука.
— Поскольку пленка повреждена, я хочу убедиться, что ее вообще можно слушать. Это займет больше времени, чем обычно, — сказала Орландо. — Программа восстановит поврежденные куски и отфильтрует помехи.
— Это надолго? — спросил Квин.
— Заранее предсказать невозможно. Я не знаю, какова продолжительность записи. Но не больше десяти часов. К утру все будет готово, — Орландо зевнула.
— Пожалуй, пора спать, — решил Квин. — Какую комнату ты предпочитаешь?
— Квин… — Орландо выглядела недовольной.
— Что?
— Черт возьми, ты ничего не понимаешь?
Она схватила его за руку и повлекла за собой по коридору.

Солнце ярко сияло за окнами спальни, когда Квин открыл глаза. У него болела спина, но в этом не было ничего удивительного. Он проспал всю ночь на полу большой спальни, чтобы быть рядом с Дженни на случай, если ей что-нибудь понадобится.
Орландо пристроилась рядом, положив голову ему на грудь. В таком положении они заснули несколько часов назад. Оба так устали, что могли лишь обнимать друг друга.
Он слышал ровное дыхание Дженни. Лишь один раз за ночь она зашевелилась, но так и не проснулась — очевидно, ей приснился дурной сон, усиленный лекарствами