Обманутый

плече.
Орландо раздала рации. Все убедились, что связь установлена, и она вручила Квину и Нейту по «ЗИГ-зауэру П-226» с глушителем. Себе она оставила «глок».
— Вот, возьмите, — Орландо протянула обоим небольшие сумки вроде той, которую Не Вин передал Квину два дня назад. Нейту она сказала: — Держи пистолет в сумке и не доставай без крайней необходимости.
Квин проверил, есть ли пуля в стволе, и вытащил обойму, чтобы убедиться, что она полностью снаряжена. Прикрепив глушитель, он спрятал пистолет в сумку, так чтобы рукоять находилась под рукой и можно было стрелять, не вытаскивая оружие из сумки.
— А как быть с Дженни?
Квин посмотрел на подружку Маркоффа. Он все еще не мог привыкнуть к ее коротким волосам и печальному лицу, но более всего его удивлял ее холодный гнев.
— Ты умеешь обращаться с пистолетом? — спросил у нее Квин.
Дженни неуверенно кивнула.
— Маркофф мне показывал.
— Оставь большую сумку там, где она сможет до нее добраться, — сказал Квин Орландо, а для Дженни добавил: — В сумке пара пистолетов. И кое-какие вещи, они тебе не понадобятся. Бери оружие только в случае крайней необходимости.
Дженни кивнула.
Первыми машину покинули Нейт и Орландо. Перейдя улицу, они сразу разделились и вошли в торговый центр с разных сторон.
— Почему ты не попросила о помощи? Ведь именно этого хотел твой друг, — спросил Квин, задержавшийся в «мерседесе».
Дженни ответила не сразу.
— У меня не было времени. Когда его убили, мне стало ужасно страшно, понимаешь? Я не хотела в этом участвовать, но не могла просто отойти в сторону. Попыталась связаться со Стивеном, но его не было в городе, он не брал трубку. Я не знала, что мне делать, поэтому вернулась в Хьюстон, домой. Стивен появился на следующее утро. Я ему все рассказала и дала послушать пленку. Именно он предложил мне уехать из страны. Через несколько часов мы уже летели в Европу.
— А как Маркофф оказался в Сингапуре?
— Он хотел получить дополнительные доказательства. Что-нибудь еще, кроме записи. Он рассчитывал найти их здесь, — Дженни посмотрела на Квина. — Возможно, он их отыскал, но ты говорил, что его маяк перестал работать и тебе не удалось ничего найти.
Квин кивнул. Маркофф поступил именно так, как поступил бы сам Квин: увез девушку как можно дальше, а потом попытался найти другое доказательство готовящегося покушения на конгрессмена. Маркофф любил Дженни. Даже перед смертью, уже понимая, что им никогда не быть вместе, он оставил улику, которая должна была ее спасти.
Квину пора было идти.
— Если увидишь что-нибудь заслуживающее внимания, сообщи, — сказал Квин. — В противном случае, если тебе не будут задавать вопросов, только слушай.
— Хорошо, — кивнула она.
Квин вышел из машины.
Квин купил пирожок со свининой и лимонад у входа в торговый центр и нашел себе местечко напротив стойки, где продавали кашу.
Если вы пришли сюда без большой компании, занять отдельный стол вряд ли удастся. Рядом с Квином сидела пожилая пара: мужчина и женщина ели кашу из глубоких мисок. Они улыбнулись ему и вновь принялись за еду.
— Проверка, — тихонько произнес Квин.
— Проверка, — отозвалась Орландо. — Я на северо-западной стороне. У меня ничего.
— Нейт? — спросил Квин.
— Проверка, — ответил Нейт. — Центральный проход. Не вижу ничего необычного.
Пожилая пара с сомнением посмотрела на Квина, и он принялся жевать свой пирожок.
— Квин. Квин! — Это была Дженни.
Он встал и зашагал на улицу.
— Что случилось?
— Только что мимо меня прошла женщина, — сказала Дженни. — Я видела ее прежде. Она была вместе с женой конгрессмена в Вашингтоне. Она с одним из охранников конгрессмена Гуэрреро. Боже мой, неужели это убийца?
— Где она? — спросил Квин.
Он быстро продвигался в толпе к выходу из торгового центра.
— Она вышла из машины примерно за полквартала от меня. Сейчас переходит улицу.
Квин проскочил мимо группы подростков и посмотрел туда, где, по словам Дженни, должна была находиться женщина. Группа из пяти человек переходила улицу. Четверо мужчин. Одного из них Квин видел в Хьюстоне, а потом в Вашингтоне — он был в этом абсолютно уверен.
«Ударная группа».
Он посмотрел на часы — половина первого. Они приехали заранее, чтобы занять позиции до появления конгрессмена.
На глазах у Квина мужчины начали расходиться в разных направлениях, и у него появилась возможность разглядеть женщину.
Квин был готов к встрече, но все-таки невольно замер. Он почувствовал закипающий гнев, но это лишь помогло ему сосредоточить на ней все внимание.
— Таша, — сказал он.