В городе происходят убийства молодых девушек. Убийца снимает с жертв кожу, оставляя не тронутыми лишь волосы. Каждое убийство он обставляет многочисленными розами, того или иного сорта.Смысл убийств, личность маньяка, его цель, его стремления вынужден искать следователь особой оперативной следственной группы УГРО.
Авторы: Поспешная Юлия
на него своими эффектными, сапфировыми глазами.
-Я не понимаю, Стас…-пролепетала она.
-Откуда у тебя синяк, Ника?-спросил Стас.
Девушка бросила быстрый взгляд на Сеню. Бородач смотрел обеспокоенно.
Ника опустила взора, подтянула колени, обхватила руками.
-Это…
-Это удар, я знаю.-холодновато заметил Стас.
Ника закрыла глаза.
-Я не понял,-проговорил Сеня ошарашенно.-Ника… кто посмел?!!
-Тише, Сень.-попросил Стас.
-Если вам скажу, вы обещаете, что не будете его бить?-спросила Ника.
-Обещаем.
-Обещаем.-рыкнул Сеня.
Они успели обменяться взглядами. Стас понял, что Сеня не намерен сдерживать это обещание. Равно, как и он сам.
-Это фотограф.-вздохнула Ника.-Ну, тот… который фотостудию содержал…
-Игорь этот?-глаза Стаса чуть сузились.
Ника взглянула на него, затем на вставшего со стула Сеню.
-В-вы обещали его не трогать…-тревожно, слегка заикаясь проговорила девушка.
-Обещали.-кивнул Стас.
Для Корнилова было загадкой почему Ника иногда не хотела, чтобы какой-то негодяй получил по ребрам, чтобы пойманный серийный насильник или убийца детей не был случайно убит во время задержания или в застенках СИЗО.
Многие люди сказали бы, что это было бы правильно. И детоубийца другого не заслуживает.
Но Стас замечал, что Лазовская в принципе против того, чтобы кому-то причинять боль.
Даже тем, кто заслуживает больше всех в мире.
Кого другого, Стас презрительно бы называл восторженным и глупым идеалистом.
Только вот Лазовской двигали далеко не поверхностные представления о добре и справедливости.
Что-то другое. Что-то не доступное пониманию большинства.
Это не была жалость или сострадание. Нет.
Стас не знал, что это и почему она так себя ведёт.
Хотя возможно из-за этого они, другие, такие же, как Романтик, ей верят, прислушиваются.
Они не чувствуют в ней ненависти. Скорее сожаление, и даже сострадание, смешанное со снисходительным, обвиняющим презрением.
И это их частично подкупает. Лазовская другая. Во взглядах, принципах, отношении. Другая…
Четверг, 19 июня
Так и знала, что медсёстры, которые помогали мне переодеться в больничную пижаму доложат о синяке.
И я не сомневалась, что придётся объяснятся перед Стасом.
Хорошо ещё дяди Сигизмунда тут нет.
Он прислал мне SMS, что ему всё таки придется смотаться в Токио, Осаку и Иокогаму.
А это означало, что его не будет минимум недели две.
Ладно. Не привыкать.
В конце концов у меня есть Федя и друзья дяди Сигизмунда, похожие на стареющих викингов.
С мастерской я, как ни будь справлюсь.
Я рассказала, Стасу и Сени, как Игорь подловил меня, как угрожал и, как ударил.
-Ника а почему ты сразу мне не сказала?-в голосе Стаса проскользнуло недовольство и суровый металлический оттенок.
Я подтянула к себе одеяло, опустила взор. Вздохнула. Грустно, виновато.
-Я боялась, что вы его покалечите.-призналась я.
-Этот урод твою подругу и других девчонок голыми снимал и продавал снимки за границу, а тебе угрожал и ударил.-Стас чуть склонил голову к плечу.-Почему ты его жалеешь?
-Я его не жалею. Я просто не хочу, чтобы вы его били…
-А если его в тюрьме зеки на перо посадят?!-не удержался Сеня.
Я взглянула на него, затем отвела взор.
-Есть разница Сеня, позволить судьбе и року самому вершить суд над виновным человеком… в соответствующих условиях или же мстить за обиды, которые ты не в состоянии вынести.
Я увидела, как глаза Стаса чуть сузились. Он силился меня понять.
И я была благодарна ему за это, за попытки.
Он был один из не многих, кто был на это способен.
-Я не понимаю, Ника…-признался Арцеулов.-Честно… То есть если какой-то урод тебя, не дай Бог… обесчестит… Ты, что? Тоже никому не скажешь? Или, допустим родители жертв Романтика… если им представиться случай они не должны убивать его, только потому, что… Я не понимаю!
Он правда не понимал. И бесился из-за этого.
-Родители жертв Романтика, вольны делать всё, что пожелают.-ответила я.-У них есть на это определенное моральное право. Многие их не осудят, и даже поддержат, если они найдут его и убьют… или сначала будут долго, по садистки мучать, а потом убьют более изощренным способом…
Я отвела взор, взглянула в окно. Начинался рассвет.
Новое утро, нового дня.
-Они могут сделать это ради мести.-сказала я глядя в окно.-Но,
