Обнаженные розы

Ему не понравилось, что генерал принял то, сравнение, которое им навязывал убийца.
-Да.-ответил он в слух.-Скорее всего так.
Генерал Савельев неприязненно, с досадой мотнул головой.
-Смотрю иногда на нашу молодёжь, Стас. Часто вижу некоторых девок с сигаретам в зубах. С пивасом, водярой. Раскрашенные, как шалавы. Одеты так же. И ведут себя соответствующе. И их же не мало, мать их…
Он снова качнул головой.
-И думаю про себя. Почему не их? Почему… почему они выбирают именно хороших? Чистых? Правильных? Почему?
Стас взглянул на генерала с легким удивлением.
Генерал Савельев говорил с откровенной, злой досадой, и горьким разочарованием.
Корнилову Аспирин всегда казался человеком жестким и даже жестоким.
Генерал перехватил взгляд Стаса. Прокашлялся.
-Забудь.-велел он.
Стас кивнул.
-Когда думаешь, он убьет снова? Через две недели? Через неделю?
Корнилов качнул головой.
-Раньше. На много раньше.
-Почему?
-Он вошел во вкус. Почувствовал безнаказанность.
Аспирин до хруста сжал пальцы рук. Размял их.
-Тогда поспеши. Дай мне хоть, что-то. Мне нужно что-то говорить людям. Пресс-конференция в Среду.
Их взгляды снова столкнулись. Взгляд Аспирина давил, требовал, просил.
Корнилов молча кивнул и встал из-за стола.

Понедельник, 2 июня.
Я бежала вверх по ступеням, так, словно у меня вот-вот закончиться кислород.
В голове пульсировала кровь.
В ушах кричали, смеялись, плакали и говорили люди.
Перед глазами еще сверкали моменты чужих воспоминаний.
Они захлестнули меня на второй остановке. Когда зашло очень много людей.
Я видела семейные склоки. Мать ругающую сына. Двух мужчин, подравшихся из-за царапины на автомобиле.
Старика, что сбил и задавил щенка на своем автомобиле. Специально.
Я взбежала по ступеням на белый свет.
Выскочила вперед, толкнув стеклянную дверь, и чуть не задев дородную тётю с сумками.
Женщина сначала испугалась. А потом обложила меня несколькими крепкими словами.
Мне было всё равно.
Я быстро шла вперед, стараясь избавиться от голосов и видений проникших в мой мозг.
Они орали, говорили, болтали.
Обрывки эпизодов чужой жизни то и дело застилали взор.
Одна фальшивая реальность сменяла другую.
Пару раз я чуть не врезалась в прохожих.
Я остановилась возле магазина аксессуаров для телефонов.
Перевела дух.
Вроде бы меня понемногу отпускало.
Некоторые прохожие с подозрением косились на меня.
Ленивой поступью прошел полицейский. Окинул меня придирчивым взглядом.
Я постаралась придать себе как можно более обыденный вид, надеясь, что он не заметит испарины на моем лице и судорожного дыхания.
А то было пару раз, когда меня останавливали, и заставляли проходить тесты на содержание наркотиков в крови.
Мало приятного. Особенно учитывая тот факт, что потом еще в школу сообщают.
Полицейский прошел мимо.
Я посмотрела ему вслед. Закрыла глаза. Прижалась спиной к стене ларька.
Несколько раз вздохнула.
За спиной внезапно зазвучал голос вокалиста OneRepublic.
Я вздрогнула. Отшатнулась от стены магазина. Достала телефон.
Звонил дядя Сигизмунд. Я приняла вызов.
-Сześć wujek Sigismund (здравствуйте, дядя Сигизмунд).-поздоровалась я.
-Привет, ягодка.-степенно произнес дядя.-Ты уже освободилась?
-Да, дядя.-я старалась говорить приветливо и вежливо, словно со мной все в порядке.
-Отлично. Ты не могла бы купить рис и имбирь?
-Дядя Сигизмунд,-усмехнулась я.-Вы опять будете крутить роллы? Вы же уже пытались…
-Не ты ли мне говорила, ягодка, что если не получилось с первого, второго и даже пятого раза, нужно пытаться, пока не получиться?
Я закрыла глаза.
Тот случай, когда тебя приложили собственным же принципом.
-Хорошо, я куплю.-сдалась я.
Опять мне походу придется кухню убирать.
Потому, что у дяди Сигизмунда опять скорее всего ничего не получиться.
И он в гневе оставит захламленную кухню и пойдет вниз, в мастерскую, копаться в моторах.
Это его успокаивает.
Я зашла в ближайший супермаркет.
Людей было не много. Но работало только четыре кассы.
И, конечно же, возле всех четырех уже образовались очереди по десять-двенадцать человек.
Ладно. Постою. В принципе я не тороплюсь.
Всё шло хорошо, до тех пор, пока впереди меня