В городе происходят убийства молодых девушек. Убийца снимает с жертв кожу, оставляя не тронутыми лишь волосы. Каждое убийство он обставляет многочисленными розами, того или иного сорта.Смысл убийств, личность маньяка, его цель, его стремления вынужден искать следователь особой оперативной следственной группы УГРО.
Авторы: Поспешная Юлия
Мог. Стас грустно усмехнулся.
Особенно если лучший друг был влюблен в Марию.
Стас взял из семейного альбома Хазиных одну из фотографий.
М-да, в Марию можно было влюбится. Даже очень.
Стройная, с красивым лицом и правильными чертами. Она носила буйные тёмно-русые локоны и обладала потрясающими ясно-голубыми глазами.
Эта красотка могла бы многого добиться в жизни. Вместо же этого она предпочла гулять и спать с состоятельными мужчинами за определенное вознаграждение.
Стас снова посмотрел на снимок с Хазиным и его сыном, и стоящим рядом другом.
Полицейский, этот светловолосый мужчина с харизмой во взгляде и уверенной осанкой, явно мог заинтересоваться Марией.
Возможно даже… Он в принципе мог бы быть отцом Демида.
Ведь о биологическом отце Демида никакой информации нет.
Известно только, что он встретил тогда ещё тринадцатилетнюю оторву Марию (в девичестве Лыкова), и вместе они зачали ребенка.
Но, что если этот улыбающийся мужчина и есть настоящий отец Демида? Что ему мешало найти Машу и возобновить их отношения, тайком от Викентия?
Эту версию надо проверить. Нужно узнать, как зовут этого полицейского (или кто он там).
Очень странно, кстати, что его нет ни на одной семейной фотографии.
Стас ещё раз перелистал альбомы. Затем взглянул на смятый снимок, и снова на альбомы.
Эти семейные альбомы были у Хазина, после гибели Марии.
Сейчас в них есть пустые страницы и…
Стас ещё раз, более придирчиво оглядел мятую фотографию.
Он уделил внимание выражению лиц Викентия и этого полицейского.
Они не друзья, понял Стас. И вообще Викентий его не любил.
Поэтому он держит руки на плечах сына, поэтом у него такое выражение. Поэтому и так агрессивен сам Демид…
-Любовник,-проговорил Стас уже не сомневаясь, и ухмыльнулся.
Не факт, что он отец Демида, но почти несомненно этот самоуверенный блондин любовник и «друг» Марии Хазиной. Не исключено кстати, что он мог сам потом вести дело о гибели Марии, если конечно работал в соответствующем отделе.
Корнилов понял, что ему нужен архив уголовных дел.
Вот только если он сделает официальный запрос об этом узнают в УВД и УГРО.
Узнают, что он занимается делом, от которого отстранен-будут неприятности.
Стас задумался. Затем ухмыльнулся и завёл автомобиль.
Ему в голову пришла потрясающая идея.
Стоит поговорить с соседями дома, где жили Хазины. Глафира дала ему старый адрес Викентия.
Семья Хазиных до развода проживала на Орджоникидзе.
Корнилов завёл двигатель.
Четверг, 19 июня
После увиденного я не спала уже до самого рассвета.
Я пыталась. Но это было не возможно.
Да и как, простите, я должна была уснуть, если только, что видела под окном Романтика.
Серийного убийцу, который теперь имел самые личные счеты к моей персоне?!
Я не видела его, но я даже не сомневалась, что это был он.
Он не собирался пробираться в больницу и убивать меня.
Нет. Он хотел именно напугать. Показать, что он рядом, что он наблюдает за мной.
Он хочет, чтобы я боялась. Чтобы подскакивала от каждого шороха.
Чтобы бесплотный ужас его призрачного присутствия сводил меня с ума и доводил до панических истерик.
А потом…. Потом, когда он будет удовлетворен моим подавленным состоянием перманентной депрессии от не выносимого ожидания его появления… Потом, он придёт за мной.
Тут у меня не было никаких сомнений.
Запугать. Долго и старательно изводить меня периодическим появлениями, посылками, письмами, звонками. А потом, когда я буду задавлена и запугана, когда страх настолько подчинит меня, что помутит мой рассудок, вот тогда он и явиться во всей красе.
Во всяком случае, несомненно, нечто подобное этот извращенец себе и представляет!
Я сообщила об увиденном двум полицейским, которых Стас оставил дежурить у моей двери.
Они крайне скептически отнеслись к моему рассказу, и убеждали, что мне это привиделось.
Психологическая травма и так далее и тому подобное.
Мне потребовалось приложить усилия, чтобы убедить их в отсутствии у меня галлюцинаций и истерики.
В конце концов я прибегла к банальному шантажу: пригрозила позвонить Стасу.
Некоторых людей по-другому мотивировать трудно.
Разумеется, эти лентяи никого не обнаружили и вернувшись, с кислыми минами и злым укором сообщили, чтобы я улеглась и выдумывала себе страшилки.
Вот это нормально?!
Дяденьки, от тех… «страшилок»,
