Обнаженные розы

будто была там…-произнёс он чуть охрипшим голосом и вопрошающе посмотрел на Стаса.-Как она это делает, Стас?!
Он чуть скривился, дернул плечами.
-Она же мне.. Вообще всё, от начала до конца, в подробностях пересказала.
Савельев сделал правой рукой неопределенный жест.
-До мелочей… А это… Она…
Он покачал головой.
-Никто не знал всей правды. До конца.
-Какой правды?
Аспирин снова ответил не сразу. Подумал, отведя взгляд, затем опустил взор. Горько ухмыльнулся.
-Я стрелял специально.-проговорил Савельев.
Стас уставился на Аспирина с настороженным удивлением.
-Я стрелял специально.-повторил Савельев и посмотрел на него.-Я хотел его только ранить. Я не хотел убивать.
Стас молчал. Ждал. Он надеялся, что у Аспирина были причины. Веские причины. И дождался.
-Ты помнишь Нину? Мою жену?
-Да.-кивнул Стас.
-За неделю до этих событий она была изнасилована.-Аспирин вздохнул.-Как раз в тот день, в день захвата заложников, я узнал, что это сделал Олег… мой лучший друг.
Корнилов не знал, что сказать. Потому, что слов не было.
-Я хотел его ранить.-проговорил Савельев.-Чтобы он больше не смог служить.
Он покачал головой.
-Но, он сместился, и я промахнулся. Попал точно в висок.
Савельев опустил взгляд.
-И вот это всё знаю только я, теперь ещё и ты… и Ника. Она не могла этого знать или где-то услышать…
Аспирин дернул головой.
-Я никому не говорил о причинах, никто не знал, что я сделал это специально. Что я хотел отомстить. Понимаешь?
Стас пару секунд смотрел в его глаза.
-Понимаю.-проговорил он тихо.
Он понимал. За Риту он бы тоже убил. Специально. Даже лучшего друга.
У Стаса вздрогнул и ожил мобильник. Корнилов взял трубку. Звонил Сеня.
-Да?
-Стас!-голос Арцеулова был громким, встревоженным.-Стас, в больнице где лежит Ника, какой-то полицейский устроил стрельбу! Он убил санитара и кого-то там ранил…
-А что с Никой?!-быстро спросил Стас и шагнул вперёд.
Он почувствовал, как возросшее напряжение сдавливает рёбра, сжимает мышцы спины и разгоняет жар по венам.
-Я ещё не знаю, но… Сказали, что он взял в заложницы девчонку. У неё забинтованы ноги, и она беленькая… С косичкой…
Стас широким, быстрым шагом ринулся к своей машине.
-Я сейчас буду.-сказал Корнилов и дал отбой.
Аспирин спешил следом.
-Стас, что случилось?
Корнилов не останавливался.
-Какой-то полицейский взял Нику в заложницы. Он уже убил человека.
-Твою мать…-выдохнул Аспирин.-Ты думаешь…
Стас дернул головой. Он был преисполнен холодного гнева.
-Не знаю.-дёрнул головой Стас.-Не знаю, товарищ генерал.
-Ника же не получала розу?..
-Нет.
Стас подошел к машине, открыл её.
-Олененок,-он мягко обратился к дочери.-Мне нужно ехать.
-Мне с тобой нельзя, да?-спросила она.
-Тебя отвезут домой.-Стас улыбнулся дочке.-Вы с мамой будете в безопасности.
-А ты?-спросила Алинка тихо, грустно и опасливо.
-А я…-Стас чуть скривил губы.-Постараюсь быть осторожным.
-Обещаешь?
-Обещаю.-вздохнул он.
При этом Корнилов не сомневался, что дочка твёрдо знает-обещание он не сдержит.
Пока Стас мчался к сто восьмидесятой больнице он думал о том, что забыл.
Забыл, что помимо ответственности за свою семью, у него есть, как ни крути, ответственность за Нику.
Да эта светловолосая девочка с искристо-синими глазами ему не родная…
Но она же, чёрт возьми, дороже и ближе ему всех его друзей и почти всех родственников.
Стас подумал, что Ника о нём лично знает больше, чем… даже больше, чем Рита.
А потом подумал, сколько раз Ника была в опасности из-за него. Добровольно.
Сколь же ещё его совести нужно грызть его душу, чтобы до него наконец дошла простая и очевидная мысль:
Он должен её оберегать, защищать и… быть с ней.
Возможно, иногда, даже больше, чем с семьей.
Потому, что… Ника всё это для него делает. И даже больше.
Стас ненавидел себя в эти мгновения.
Когда повеяло реальной опасностью, он бросился спасать жену и дочь. Но забыл про ту, что за последнее время, больше всех разделяла с ним все опасности и трудности самых тяжелых уголовных дел.
Корнилов успел подумать, что он был бы не против… удочерить её.
И Рита, наверное, даже согласилась бы, особенно узнав всю правду.
Вот только Ника никогда не согласится на это.
Хотя бы потому, что любит и своего дядю, и…