В городе происходят убийства молодых девушек. Убийца снимает с жертв кожу, оставляя не тронутыми лишь волосы. Каждое убийство он обставляет многочисленными розами, того или иного сорта.Смысл убийств, личность маньяка, его цель, его стремления вынужден искать следователь особой оперативной следственной группы УГРО.
Авторы: Поспешная Юлия
рождения и его матери.
Он посмотрел на Николая. Тот поджал губы. Вздохнул.
Серьёзный, внимательный и пытливый взгляд Коли был полон вопросов.
В дверь деликатно постучали.
-Да.-бросил Стас.
В кабинет заглянул полицейский со знаками различия сержанта.
-Извините…-проговорил парень.-Товарищ майор… Здесь женщина. Ищет вас… Говорит она мать Дианы Егоровой.
Стас и Коля переглянулись.
-Впусти её.-сказал Корнилов.
-Заходите.-сержант посторонился.
Стас услышал мерный, не торопливый перестук каблуков.
В кабинет вошла женщина одетая в простое, легкое летнее платье, с черными и белыми полосами, разной ширины.
На ногах у неё поблескивали персиково-бежевые босоножки на каблуках.
Вид у женщины был статный, осанка и походка горделивой.
Эта дама знала себе цену и умела себя нести.
Волосы у неё были, как у дочери. Золотисто-медные, забранные в замысловатый, пышный пучок.
-Добрый день.-голос у женщины был приятный, грудной, сексуальный.
Стас кивнул.
-Не думаю, что он добрый для вас…
-Не надо!-перебила его медноволосая женщина.-Не нужно лживых сожалений.
Она оглянулась назад, окинула полупрезрительным взглядом сержанта, замершего у двери.
Тот опомнился, приложил руку к головному убору и скрылся за дверью.
Стас прокашлялся. Посмотрел на Домбровского.
Тот уселся за свой стол. Бросил настороженный, любопытствующий взгляд на женщину в летнем платье.
-Присаживайтесь.-Стас указал матери Дианы на стул.
-Благодарю.-холодно проговорила она и уселась на стул, перед столом Стаса.
Корнилов садиться на стал, остался стоять.
-Вы утверждаете, что вы мать Дианы Егоровой?
Женщина молча кивнула.
-Да.-голос её был звучал с осуждающей, сердитой сухостью.
Стас придирчиво рассматривал её.
-По нашим данным, мать Дианы бросила её в детдоме.
Он специально употребил словно «бросила», а не оставила.
Он не пытался уязвить её или причинить боль. Он хотел оценить реакцию. Он не верил ей. Пока, что.
-У вас есть какие-то документы, свидетельствующие о том, что Диана ваша дочь?-спросил Стас.
Если даже эта женщина та, за кого себя выдаёт Стас не мог себя заставить пожалеть её.
В его глазах мать бросившая собственное дитя, опорочила и опозорила себя.
И он не верил в эти дерьмовые оправдания типа: «Моему ребенку там будет лучше».
Любому ребенку всегда лучше с его матерью. По крайней мере если ребенок любит свою мать. Он всегда предпочтет быть с мамой, а не с чужими людьми, какие бы блага ему не сулили.
Дети не умеют ещё оценивать материальную выгоду, подобно взрослым.
Они выбирают сердцем. Они подвластны чувствам и эмоциям.
Кем же надо быть, чтобы наплевать на эти чувства и эмоции?
-Меня зовут Римма.-произнесла женщина и открыла сумочку.-Вот… это свидетельство о рождение моей дочери, Дианы.
Она положила документ на край стола.
Стас чуть наклонился, взял корочку. Открыл. Прочитал.
Да. Римма Егорова не врала. Она действительно является матерью покойной Дианы.
-Что ж, хорошо.-кивнул Стас.-Зачем вы пришли?
Рима уставилась на него так, словно он задал ей вопрос, ответ на который более чем очевиден.
-Диана была моей дочерью.-Римма смотрела на Корнилова гневным, испепеляющим, возмущенным взглядом.-Вы ещё смеете спрашивать…
-Вы оставили свою дочь в детдоме.-повторил Стас монотонным, равнодушным голосом.-Сколько вы её не видели? Десять лет? Пятнадцать?
Лицо Риммы Егоровой отвердело. Она прожигала Стаса пристальным взглядом.
Домбровский из-за своего монитора бросал опасливые взгляды то на Стаса, то на его собеседницу.
Римма Егорова, не отрывая взгляда от Стаса, с присвистом, нервно вдохнула воздух.
-Девять.-выдавила она.-Девять лет я не видела свою дочь.
Стас молча смотрел на неё.
-Вы бросили её в семь…
-Я помню!
-Когда вы появились снова ей было шестнадцать.
Римма закрыла глаза. Ответила двумя дерганными кивками.
-И как она вас встретила Римма?-спросил Стас подходя к матери Дианы.
Та подняла на Стаса ненавистный взгляд.
-Какая разница!-процедила она и всхлипнула.-Моя дочь… моя дочь мертва! А вы… Вы тут выясняете что, когда и… зачем…
-Выяснять «что, когда и зачем» наша прямая обязанность.-безразличным тоном ответил Стас.-Вы не общались со своей дочерью. Она вас ненавидела. И вы не принимали никакого участия в её жизни. Так, Римма?
Римма
