Обнаженные розы

тихо засмеялся.
Губы Стаса тоже тронула легкая, понимающая улыбка.
-Ты не обязана была в это лезть, Ника. В последний раз тебе было тяжело. Ты помнишь?
-Лучше, чем ты думаешь, Стас.-ответила я не отводя взгляда.-Проблема в том, что мои видения не спрашивают разрешения, прежде, чем поселиться в моей голове. Увы.
-Досадно.-качнул головой Корнилов.
-Обидно.-ответила я.
Он усмехнулся. Я тоже. Мы смотрели друг на друга.
Следующие пол часа я рассказала им в подробностях, свои видения, касающиеся Романтика и его жертв.
-Значит он забирает их из дома.-проговорил Стас и обернулся на карту города, с приколотыми к ней фотографиями.
-Когда они одни.-уточнила я.
Стас кивнул. Он замолчал.
Я отпила подостывший чай. Опустила взгляд и поскребла пальцем по чашке.
-Стас, я пришла не только из-за… не только из-за убийств.
Корнилов обернулся.
Я взяла свой рюкзак, вынула оттуда фотоаппарат и поставила на стол перед Стасом.
-Мне нужна твоя помощь.
Корнилов с любопытством, вскинув брови посмотрел на меня. Подошел к столу, взял камеру и включил. Пощелкал кадры.
Стоявший за его спиной Арцеулов поперхнулся своим кофе и с перекошенным лицом проговорил:
-Это… это… это же совсем девочки. Они…
Он бросил ошарашенный взгляд на меня.
-Они выглядят младше тебя!
-Там таких не мало.-сказала я.-Эти снимки сделаны в одной из московских фотостудий.
Стас поднял на меня взгляд.
-Но тебя ведь среди этих девочек нет.
Стас не спрашивал.
-Я тебя знаю, Ника. Ты бы не согласилась.
-Нет.-я покачала головой.-Конечно, нет.
-Тогда…-он поставил фотоаппарат обратно на стол.-Вляпался кто-то из твоих подруг.
-Она у меня по существу одна.-усмехнулась я.
-Досадно.-заметил Арцеулов.
-Да нет.-я пожала плечами.-Она зато настоящая, а не временная, как обычно.
Мужчины усмехнулись, сверкнули улыбками.
-И ты хочешь, чтобы его накрыли на основании этих снимков?-спросил Корнилов.
-А что этих фотографий не достаточно?-спросила я.
-Нет, почему же.-Стас легко похлопал по камере.-Это тянет не пару серьёзных статей. Мужик сядет. Однозначно.
Он вздохнул.
-И учитывая, что все узнают, чем он занимался…
-Жить ему на зоне будет тяжело.-злорадно проговорил Арцеулов.
-Давайте без подробностей.-попросила я, закрыв глаза.-Мне достаточно знать, что он сядет и ему там будет плохо.
-Как знать,-глумливо ухмыльнулся Арцеулов.-Некоторым, я слышал, нравиться…
-Сеня!-воскликнула я.-Ну, фу! Ну, перестань! Пожалуйста!
-Ладно, ладно…-всё еще посмеиваясь ответил Арцеулов.-Перестал.
Я посмотрела на Стаса. Он был погружен в раздумья.
-Стас, так вы… поможете с этим порно-фотографом?-спросила я и кивнула на фотоаппарат.
Корнилов сдержанно улыбнулся.
-Конечно.
-Спасибо.-горячо поблагодарила я.-Можно ещё вопрос?
-Да.
-Что с твоими глазами?
К моему удивлению Коля и Сеня сдавленно фыркнули, тихо засмеялись в кулаки.
-Одна нервная особа психанула.-усталым голосом ответил Стас.
-О…-уронила я удивленно.-Ясно.

Четверг, 12 июня
В комнате было тихо. Тишина была не обыкновенной.
Тишина была застывшей. Замершей. Безжизненной.
В комнате Яны чувствовалось тягостное, довлеющее ощущение остановившегося времени.
И даже свет солнца, пробивавшийся через полоски жалюзи, был каким-то мерклым, бледным. И казался искусственным.
Я сидела на краю застеленной кровати и обводила взглядом комнату Яны Долгобродовой.
Второй жертвы Романтика. Ей было семнадцать.
Она любила приключенческую фантастику, обожала Китнис Эвердин, Дилана О’Брайана и Джареда Лето.
Увлекалась фотографией и фотоискусством.
В её комнате было много фотографий. Они были прекрасны.
Яна снимала природу, городские пейзажи, людей.
В её фотографиях были эмоции. Были чувства. И жизнь.
В этой комнате, жизнь сохранилась только в её фотоснимках.
Я закрыла глаза, чувствуя теплые слезы под ресницами.
Я ощущала накатывающее видение.
Оно было, как омут в непрозрачной, речной воде.
Глубокий, бездонный водоворот воспоминаний.
Водоворот чужих переживаний, эмоций, криков, смехов, страхов, боли, ужаса и смерти.
Это действительно отчасти похоже на ощущение, что находишься под водой.
Во всяком