В городе происходят убийства молодых девушек. Убийца снимает с жертв кожу, оставляя не тронутыми лишь волосы. Каждое убийство он обставляет многочисленными розами, того или иного сорта.Смысл убийств, личность маньяка, его цель, его стремления вынужден искать следователь особой оперативной следственной группы УГРО.
Авторы: Поспешная Юлия
Они не казались мне красивыми. И цвет их напоминал прежде всего кровь.
Мне показалось ветки с розами начали качаться сильнее, когда я подошла.
Мне показалось, они не рады меня видеть. Они не хотят, чтобы я была здесь.
Они злятся. Розы злятся. В них буквально кипит гнев ко мне.
Он злиться… Я чувствую, ощущаю эту злость, почти тактильно.
Я подошла к раскидистому кустарнику, встала перед ним.
Искоса взглянула на женщин с распущенными волосами на лицах.
Они всё так же стояли молчаливыми статуями.
Ждали.
Я вздохнула. Приблизилась к могильной плите под кустарником.
Мария Хазина. Родилась девятнадцатого, ноль пятого, тысяча девятьсот восемьдесят второго. Умерла двенадцатого июня две тысячи третьего года. В двадцать один год.
Я покачала головой. Мария Хазина…
Стас кажется, что-то говорил, что он… Что Романтик выбирает жертв, у которых матери родились именно в эту дату.
Я по очереди оглянулась на безмолвных жертв Романтика, что все так же неподвижно стояли полукругом.
-Кто это такая?-спросила я дрогнувшим голосом.-Она мать кого-то из вас?
Я не ждала, что они ответят.
Растерянность и волнение усиливались, возрастали. Я не понимала. Что они от меня хотят?! Зачем воспоминания этих женщин привели меня на кладбище посреди ночи! К могиле какой-то Марии Хазиной! Что я должна понять…
И тут меня осенило. Я подняла взгляд на раскидистый кустарник.
Его листва зашелестела от порывов ветра. Шелест листвы напоминал злобное шипение.
Мария Хазина, подумала я, мать… Его мать.
Мать Романтика.
Едва эта мысль осела в моей голове, как резкий, агрессивный порыв ветра набросился на кустарник роз.
Я обернулась боком, сжалась, закрылась от налетевшего мощного дуновения, внезапно рассвирепевшего ветра.
Ураганный ветер прижал траву к земле, сорвал с кустарника роз десятки листьев.
Они закружились в стремительно вращающемся вихре.
Он ринулся на стоящих возле меня женщин.
Вихрь ветра и сорванных листьев словно смыл или стёр призрачные воспоминание, явившиеся в виде безликих женщин.
Вихрь как будто бы вобрал их в себя и поглотил.
Он несколько мгновений неистово вился вокруг могилы Марии Хазиной.
Я, жмурясь, прикрывалась руками.
Неожиданно в усиливающемся, ураганном вихре я различила голоса.
Точнее один голос.
Злой. Яростный. Взбешенный.
Видение ворвалось в мое сознание с ослепляющей вспышкой.
В спину, словно что-то резко, с силой ударило.
Мои легкие выдавили воздух.
Я увидела.
Я увидела всё те же старые, обглоданные временем стены его квартиры.
Все тот же тусклый, серо-желтый свет с полумраком.
И я увидела, его силуэт в неистовстве мечущийся по квартире.
Он в порыве злого безумства рвал цветы, рвал розы и кромсал, резал и давил их.
Я видела какая бесконечная злость одолевала его. Я фактически могла осязать её.
Видение резко сменилось. Как, всегда.
Длинный коридор. Сине-белые стены.
Я прохожу мимо закрытого электрошитка и ящика с огнетушителем.
Я подхожу к светлой двери с белой табличкой. Отчетливо вижу номер квартиры. Двести восемьдесят четыре.
Я достаю ключи. Я открываю дверь квартиры. Я захожу внутрь, тихо закрываю дверь. Ставлю на пол две больших сумки.
Я оглядываюсь.
В квартире темно. Сейчас поздняя ночь. Я крадусь в полумраке. Захожу в комнату.
Это спальня. Я подхожу к широкой, двуспальной кровати.
Несколько мгновений я смотрю на спящую женщину.
Я знаю эту женщину… я следила за ней…
Он следил. Романтик. Это его воспоминание. Я в его воспоминании. И я вижу… сейчас увижу, кого он собирается убить на этот раз.
Он осторожно, чтобы не разбудить спящую женщину садиться на край кровати.
Гладит её по плечу. Она вздрагивает. Просыпается.
-Боря?-сонно пробормотала она.
Он молча качает головой. А затем резко наклоняется вперед, зажимает рот женщине.
Она начинает сопротивляться. Пытается ударить его.
Он быстрым, ловким движением вонзил шприц ей куда-то возле шеи.
Женщина вздрогнул, судорожно вдохнула, и обмякла.
Романтик, подождал несколько мгновений. Он поглаживал её по руке, по животу и по груди.
Затем, когда женщина потеряла сознание, осторожно и понёс в зал.
Он вернулся в коридор. Зашел в следующую комнату.
Тут спала полная, пожилая женщина.
Она не успела даже понять, что произошло.
Он не поднимал её. А как мешок, выволок
