Оборотень по объявлению. Альфа ищет пару

Никита с Вадимом не успели…
– Мадам, это должно быть ваше? – ироничный голос заставил меня посмотреть на Суворова. Он разоблачающе улыбался. Обаятельный гад! Наверное, прекрасно знает, какое впечатление производит на слабый пол и успешно этим пользуется!
Я видела, как сжимались кулаки у братьев. Слышала, как отец что-то говорил в спину альфе волков, но тот не сводил с меня глаз. Нужно было отвечать, и я прочистила горло.
Но Никита ответил за меня:
– Счет за испорченный блок предъявлю вам я. Как хозяин.
– Обязательно, – спокойно согласился Суворов. – Как только эта барышня вернет все наши деньги обратно.
Блондин перевел взгляд на братьев, потом на отца. Повел плечами, застегнул пуговицу приталенного пиджака:
– Обращаюсь к вам не только как к главе клана лис, но и как к отцу воровки. Я даю сутки на то, чтобы недоразумение, – это слово он выделил голосом особо, – было улажено. Завтра, ровно в десять, я вернусь. И если вдруг у вас возникнут какие-либо сложности – я лишу вас дочери.
Во мне все вздрогнуло. Скрутилось в узел и раскрутилось вновь. Что он имел в виду? Он меня убьет? Украдет?
– Да ты понимаешь, что говоришь?! – Вадим сорвался с места, собираясь налететь на альфу волков, но тут блондин зарычал так, что все вздрогнули.
– Это вы не понимаете, с чем позволили играть этой девочке! У меня все! – он развернулся и вышел. А за ним удалился и его помощник.
В коридоре толпилась огромная куча народу – и волки, и лисы. В комнате остались только мой отец, Вадим с Никитой и Григорий, казначей клана. И мой жених.
А вот последний смотрел на меня как-то странно…
Отец в сердцах стукнул по стене и устало потер лицо. А братья не сводили с меня глаз.
– Одевайся и пошли, – наконец сказал Вадим.
– Куда? – сдавленно спросила, проглатывая ком в горле.
– Хочешь в пасть волка?
Отрицательно покачала головой.
– Тогда сейчас же зовешь свою Машу, и будем думать, как совершить невозможное! И если мы не успеем…
– Готовься, Екатерина, – словно смиряясь с какой-то мыслью, сказал отец.
Алексей задержался в дверях, но я не нашла в себе силы взглянуть на него. Не знаю, что я хотела или боялась увидеть в его глазах. Просто была не готова к еще одному удару – нужно было отразить этот.
Дверь за ними захлопнулась, и я вскочила с кровати. Не думая, оделась в первую попавшуюся одежду, а потом замерла на пороге.
– Гениев всегда признают после смерти, – скромно приободрила я себя и вышла.
Машу, как оказалось, уже позвали. Она ждала в коридоре, похожая на мышку, пойманную в клетку.
– Что столпились? Расходимся! – прикрикнул на зевак Вадим, а Никита подогнал нас, указывая направление.
– Но как мы будем работать, если наш системник…
– Ты видела, как он разбил твое последнее изобретение?
– Нет…
– Вот и мы не видели, – с каменным выражением лица Вадим двинулся вперед, а Никита, как конвоир, шел сзади. Мы шли к кабинету братьев.
– А где все остальные? – шепнула я, когда мы уже порядком удалились от народа.
– Как где? Убирают за младшей сестрой! – удивил меня Никита.
– Да что там убирать, если волк и так все понял.
– Вот именно. И ребята тоже все поняли! Работают, чтобы вернуть деньги обратно.
– Но как вы узнали?
– Нетрудно было предсказать, что он потребует. Мы одного не учли – что у них такой отличный нюх. Как бы мы его ни уверяли, что это наших рук дело – все насмарку. Он с точностью мог сказать, кто и сколько времени провел в том кабинете. И твой запах волк учуял сразу.
– Да, его позабавило, что ты петляла по складам и кладовым! – хмыкнул Никита, поражаясь мне. А я переглянулась с Машей и поняла по румянцу, что и она делала то же самое. Но почему тогда он не явился к ней?
– Не знаю, – словно читая мои мысли, сказал Вадим. – Он как учуял тебя, так и пошел по следу, словно ищейка.
– Маша, в отличие от тебя, не сидит там круглыми сутками!
– Ну да, – прошептала моя подруга по несчастью. – Катя там почти живет. Особенно последние сутки.
– Ну, вот тебе и ответ! – пожал плечами Никита и открыл дверь кабинета.
Шесть пар глаз разом посмотрели на меня.
– Входи, мелкая. Будем тебя спасать от серого волка!
– Успеем? – закусив губу, спросила Маша.
Вадим посмотрел на нас прямо, и я поняла – врать не будет:
– Не факт.

– Ну, сестрица, и заварила ты кашу! – Денис, самый младший из братьев, налил себе кружку любимой вишневой газировки и потер глаза, позволяя себе несколько секунд отдыха.
Прошел не один час напряженной работы, и все порядком устали. Минуты отчаянно пустились вскачь,