Оборотень по объявлению. Альфа ищет пару

время бежало сквозь пальцы. Я видела, как у Валеры и Сережи покраснели глаза – сосуды не выдерживали напряжения. Чувство вины грызло меня изнутри.
Мы перекусывали на ходу. Доставали запасы, припрятанные в кабинете, не обращая внимания, попадает в рот соленый крекер или шоколадный батончик. Лишь бы приглушить голод.
Никто из братьев не отпускал в мой адрес шутки, не иронизировал по поводу происходящего. И оттого мне было особенно плохо. Вслух не было произнесено ни слова о том, что будет, если мы не справимся.
Мы с Машей старались быть на подхвате, перебегая от компьютера к компьютеру, и все равно ощущали себя не у дел. Но сколько бы я ни просила дать мне полный доступ, получала твердый отказ.
Их реакция не удивляла. Женщине тяжело пробиться в сфере программирования. И я потратила годы, чтобы меня воспринимали всерьез. И вот, наконец, сделав один из самых своих масштабных проектов, потеряла доверие клана.
– Наш кабинет заберут, – видимо, думая о том же, тихо сказала Маша. Ее глаза были полны грусти, а уголки губ печально опустились. Казалось, что даже ее русые волосы, стянутые в тугой хвост, уныло лежат на плечах.
– Еще ничего не решено, – проследив, как Никита отчаянно грызет кончик ручки, я приготовилась к худшему.
– Осталось всего три часа. А как замести следы перевода – до сих пор не знаем, – подруга прекрасно разбиралась в ситуации. Но унывать – это значило сдаться.
– А если подкупить? – произнося этот вопрос вслух, я ожидала волну порицания. Но вместо этого Вадим задумчиво сказал:
– Я уже думал об этом. Но ты же знаешь, как в общине относятся к подобным тратам. Подкуп – сродни преступлению.
– А разве то, что мы сейчас делаем, не преступление?
– Да, но это не влияет на бюджет клана. Всем известно, что Григорий…
– Скупердяй! – закончил за него Денис.
– Но в его же интересах вызволить тебя из беды! Ты – невеста его сына! А твой отец – глава клана! Пусть он прикажет своему казначею! – Маша вскочила на ноги и заметалась по помещению.
– Есть риск, что после этого ему бросят вызов, – Вадим не скрывал правды. – Но папа сказал, что если у нас не будет другого выхода – он пойдет на это.
Меня охватило такое чувство облегчения, что захотелось радостно взвизгнуть. Отец был готов пойти против клана, только чтобы спасти меня!
– Что ты такие глаза сделала? Сомневалась в отце?
– Ну, он так на меня смотрел…
– Неужели ты думаешь, что он единственную дочь отдаст на растерзание волкам? Или мы будем спокойно на это смотреть? – Никита с недоверием следил за сменой эмоций на моем лице.
– Смотри-ка! – Денис хлопнул себя ладонью по колену. – Она именно так и считала! То-то я смотрю – готова сама залезть в монитор, лишь бы исправить все.
Маша несмело улыбнулась в ответ, а я поймала себя на том, что открыто улыбаюсь.
Громко завибрировал мой телефон. Его уже завалили кипой бумажек, проводами и всякой всячиной, но отчетливый звук, словно жужжащая муха, заставлял быстрее разгрести кучу и ответить на звонок.
– Алло?
– Екатерина, здравствуйте! – уверенный мужской голос поставил меня в тупик. Этот номер телефона знали только свои. Хотя голос мне показался отдаленно знакомым…
– Здравствуйте! А кто говорит? – у меня не было времени тянуть кота за хвост, когда над кланом была открыта волчья пасть.
– Видимо, ваш будущий муж!
– Очень смешно! – фыркнула я и повесила трубку. Если это очередная шутка Дианы, то она не удалась! Могла бы выбрать момент поудачней!
Я положила телефон на стол, но он опять завибрировал.
– Кто там? – Денис заинтересованно оглянулся.
– Да Диана опять дурачится! – отмахнулась я, сбрасывая звонок. Но на «другом конце провода» был на удивление настойчивый тип.
– Нашла время! – Никита ничуть не удивился. Диана, дочка Вадима, любила отколоть что-нибудь этакое.
Между тем телефон все не унимался, и я с раздражением нажала на кнопку отключения.
– А номер отобразился? – Маша запоздало взглянула на дисплей, но он уже погас. – Могли бы поймать хулиганку с поличным!
Лисы любили кляузничать друг на друга, но это не касалось нашей семьи. В этом я никогда не понимала свой народ. И сейчас сдавать Дианку не собиралась. Да и не сказала бы про нее, если бы настолько не устала и утратила бдительность.
– Я не в обиде.
– Но она должна понять степень ответственности! – настаивала на своем подруга.
Денис громко застонал, закатив глаза к потолку, а на щеках у Маши отчетливо проступил румянец. Я знала, что ей нравится младший из моих братьев. И, слава всем лисьим богам, это сейчас было нам на руку! Она остановилась!
Я любила подругу, но эта лисья