Магический эксперимент по переносу души в другой мир заканчивается не совсем так, как хотелось бы магам королевства Тирон. Вместо своего засланца туда они получают попаданца к ним. И вроде ничего страшного, но… Душа землянина оказывается в оборотне, с которыми королевство Тирон вот уже несколько тысячелетий ведёт непримиримую войну, и не проигрывает только потому, что ни один оборотень не владеет магией.
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
и добавил. — И я приветствую тебя.
— Меня зовут Рагдар, — тут же ответил оборотень. — Я служил у твоего отца и поэтому знаю тебя. Я из клана Рык. Я предатель своего клана, потому что перешёл к вам, и ты можешь не общаться со мной, если презираешь.
— Я не презираю тебя, — машинально ответил Никита. А и в самом деле, за что ему его презирать?
— Твой отец напал на людей? — спросил оборотень и Никита замешкался с ответом, потому что всё услышанное было для него пустым звуком. Какой клан Оскал? Какой клан Рык? Какой, в конце концов, отец?
— Нет, — не зная, что говорить, коротко ответил он и в следующем вопросе оборотня послышалось недоумение, которое очень даже хорошо передалось телепатически.
— Но как тогда ты оказался здесь?!
И Никита вдруг решил не мудрить. Ну и что толку, что он будет сейчас изображать из себя какого-то там Эрника из клана Оскал? Не лучше ли сказать правду и получить от этого оборотня хотя бы какую-то информацию? Вдруг она поможет ему выжить? Вдруг сидящий там в углу знает, как вытащить серебряную монету из успевшей затянуться раны, и принять облик человека?
— Я попал из другого мира в это тело, вернее, моя душа попала, — сказал он напрямую. — Сами понимаете, выдумать я такого не мог, потому и надеюсь, что вы поверите. Эрник, видимо, напал на дракона или дракон на него и от удара лишился сознания. В этот момент, собственно, его и поймали.
В телепатическом эфире повисла тишина, и Никита начал жалеть, что выдал свою историю. Стоило ли? Вот сейчас возьмёт тот оборотень и вообще не станет с ним говорить. Но он всё же ответил.
— Да-а, — протянул для начала, а потом снова появилось недоумение. — Но я всё равно не могу понять, почему Эрник отправился сюда один? Впрочем, он всегда отличался храбростью, доходящей до безрассудства. Наверняка хотел доказать отцу, что достоин трона. А возможно, что-то случилось в клане.
Снова повисла тишина, но Никита не решился заговорить и стал ждать, когда оборотень продолжит.
— Возможно, — теперь появилась задумчивость. — Не знаю почему, но я склонен тебе верить. Ты ведёшь себя не как Эрник, а я, повторюсь, знал его. Да, ещё в юности, но всё равно смогу отличить настоящего Эрника от ненастоящего. Извини. Я не хотел тебя обидеть.
Последняя фраза, да и вся манера общения оборотня, никак не вязались с представлениями о них, и Никита, мягко говоря, был поражён.
— О чём они говорили, когда принесли тебя? — спросил вдруг оборотень и Никита машинально поинтересовался.
— А вы не слышали?
— Я не понимаю их язык, а Эрник учил. Вот и спрашиваю тебя, вдруг в тебе сохранились его знания.
Никита задумался. Так вот почему он понимает язык людей…
— Думаю, это не знания Эрника, — неожиданно даже для себя пустился он вдруг в размышления. — Честно сказать, в разуме ничего от него я не чувствую. Только на уровне инстинктов. И то редко.
— Совсем нет ничего от Эрника?
— Совсем. Я же говорю, только на уровне инстинктов. Например, недавно мне захотелось съесть лошадь.
Никита телепатически почувствовал, что оборотень смеётся.
— Что такое? — слегка обиженно спросил он.
— Ничего. Просто ты говоришь об этом, как о чём-то плохом.
— Там, откуда я попал сюда, я был человеком, и не привык питаться животными… В смысле, в сыром виде.
— А ты думаешь, оборотни не люди?
Теперь уже недоумение стало исходить со стороны Никиты и оборотень, видимо, почувствовав его, вновь рассмеялся.
— А разве они люди?
— Такие же, как и те, что притащили тебя сюда. Хотя, нет. Те, кто тебя притащил, это последние отбросы. Странно, ты вроде говоришь так, как будто что-то знаешь об оборотнях, и в тоже время ничего не знаешь о них. В вашем мире оборотни — не люди?
Этот вопрос поставил Никиту в тупик и он промолчал.
— Почему ты не отвечаешь?
— У нас в мире нет оборотней, — выпутался он. — Всё что я узнал о них, всё это по дороге сюда. Тот, кто поймал меня, рассказывал разное…
— Не буду спрашивать, что он говорил, потому как догадываюсь. Ладно, пришелец, всё равно нам скоро умирать, так почему бы не рассказать немного, — оборотень на секунду замолк, словно собираясь с мыслями и потом продолжил. — И люди, и оборотни, и драконы — все люди. Видишь, как странно звучит. И всё потому что необратимые застолбили за собой право называться людьми.
— Необратимые? — переспросил я.
— Мы называем так тех, кто имеет всего одну ипостась. Странно, но они считают это своим достижением, словно что-то зависело от них. Простая игра природы и магии, разделившая когда-то один род на несколько. Им повезло, они жили на плодородной земле и не знали нужды. Земля щедро давала им всё. А вот нашим предкам приходилось
