Магический эксперимент по переносу души в другой мир заканчивается не совсем так, как хотелось бы магам королевства Тирон. Вместо своего засланца туда они получают попаданца к ним. И вроде ничего страшного, но… Душа землянина оказывается в оборотне, с которыми королевство Тирон вот уже несколько тысячелетий ведёт непримиримую войну, и не проигрывает только потому, что ни один оборотень не владеет магией.
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
пожав плечами. — Для нас это сейчас не главное. Нам нужно понять подозревает ли Стайк меня после той скоростной тренировки. Ну и предлагаю покинуть эту гостиницу сегодня вечером. Деньги у меня есть, наймём экипаж и вперёд.
— Но зачем он нас выгоняет?
— Это и есть то самое предложение от которого нельзя отказаться. Помнишь, я тебе говорил?
Вэя кивнула.
— Так вот, — продолжил Никита. — Он оставляет здесь Айку, как заложницу. Чтобы я вдруг чего против ордена не выкинул. Хотя, не понимаю, зачем заложница? Они и так могут и её, и меня, и… — он запнулся, но всё же решил не скрывать правду. — И тебя, Вэя.
— Что меня? — испугалась светловолосая.
— Убить.
— Это они тебе так сказали?
— Не прямым текстом, а намекнули. Но намёк был очень толстым. Таким же, как сам дядюшка Стайк. Ладно, — Никита поднялся. — Пойдём примем по очереди душ, и будем готовиться отчалить. Незачем тут задерживаться. Как бы Стайк амулеты какие-нибудь записывающие речь не использовал. Есть такие?
Последний вопрос он задал мысленно, и Мурганд подтвердил. Да, есть такие, но запрещены к использованию всеми, кроме охранки.
— Ты думаешь дядюшку это остановит? — Никита хмыкнул. Толстяк был явно не из тех, кто чтит кодекс. Да и какой может быть кодекс, если он не лоялен власти короля? Зачем он ему-то об этом так открыто сообщает? Не боится, что донесу кому надо? Хотя, думаю, он выкрутится. Как в том анекдоте.
«- Товарищ Жуков, вы кого имели в виду, когда, выходя из моего кабинета, сказали: «Чёрт усатый»?
— Гитлера! Кого же ещё, товарищ Сталин?
— А вы кого имели в виду, товарищ Берия?»
Так что такой путь можно отбросить сразу. А вот другого пока не придумывается.
— Ник, но за что им нас убивать? Ты же не собираешься идти против них? — испуг в глазах Вэи вырос. — Если собираешься, то лучше не надо. У нас же другая цель. Магия.
— Да не собираюсь, успокойся, — Никита увидел возвращавшуюся с подносом Айку. — Ладно, после душа поговорим. В твоём или моём номере.
Они молча поели, дождались когда дядюшка сообщит о готовности воды и, проводив Вэю к душевой комнате, Никита вернулся в зал. Идею собирать вещи отбросил. Чего ему там собирать? Вот уж действительно, только опоясаться и больше ничего.
Перекидываясь бессмысленными фразами с Айкой и общаясь с Мургандом на тему особенностей жития в Академгородке, Никита дождался, пока Вэя закончит с процессом омовения своего тела под струями тёплой воды. При этом само тело светловолосой вспоминалось невольно. И этому было объяснение. Оно ведь у неё действительно прекрасно. Стройное, без изъянов. А кожа что называется — бархатная. Ну и тепло. Он помнил её тепло, окутывающее и расслабляющее, хотя и занимался сексом в состоянии сильного опьянения. Даже в глазах немного двоилось. Но тепло тела запомнил хорошо. И её дыхание. Сначала еле слышное, а потом тяжёлое и частое. Последнее, возможно, и от боли. Ведь всё-таки девственница.
Душ у дядюшки Стайка, в отличие от него самого, был самым что ни на есть обычным. Железный котёл с печкой на втором этаже и жёлоб с сеткой. В самой тесной душевой на полу деревянная решётка и такие же деревянные стены, местами начинавшие гнить. В общем, удобство ещё те. Но при отсутствие ванны или хорошей душевой кабины приходилось радоваться и этому.
Никита хорошенько натёрся щёлоком, смыл всё это и решил с водной процедурой на этом закончить. В Академгородке, по словам Мурганда, души куда лучше, вот там уже и помоется всласть.
Он вернулся в зал и, не увидев там никого, поднялся по лестнице на второй этаж. Вся компания была в номере светловолосой. Дядюшка Стайк подарил ей кое-какие вещи и теперь помогал укладывать в холщовую сумку.
— Это вот гребень моей покойной жены. Очень хорошее изделие, из крепкого дерева. Вон туда, в кармашек его засовывай. Да, и это одеяло тоже возьми. Возьми-возьми, оно тёплое. Придёт зима, пригодится. А то что вам там выдадут? Обычные тонкие. Так под ними и не согреешься, — услышав шаги Никиты, толстяк повернулся. — И тебе тоже одеяло дам, Ник.
— Спасибо, не надо. Вы и так уже много мне дали, — Никита взглянул на Вэю. — Ты скоро будешь готова?
— Минут через десять, Ник, не торопи, — ответил за неё дядюшка. — Сам лучше пойди, соберись.
— Мне нечего.
— Ты просто плохо смотрел, — толстяк многозначительно хмыкнул.
Пожав плечами, Никита вышел из номера Вэи, переступил порог своего и сразу же заметил что-то лежащее на столе. Он подошёл ближе и взял вещь в руку. Это был тот самый амулет, который они видели с Мургандом в подвале.
— Специально дал, — тут же прокомментировал самый способный. — Хочет понять, сможешь ли ты в нём разобраться и активировать. Или подставить
