Магический эксперимент по переносу души в другой мир заканчивается не совсем так, как хотелось бы магам королевства Тирон. Вместо своего засланца туда они получают попаданца к ним. И вроде ничего страшного, но… Душа землянина оказывается в оборотне, с которыми королевство Тирон вот уже несколько тысячелетий ведёт непримиримую войну, и не проигрывает только потому, что ни один оборотень не владеет магией.
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
— Ну-у, миль Калия, сиё прискорбное событие произойдёт нескоро, так что рано убиваться.
— А я и не убиваюсь, — темноволосая хмыкнула и продолжила с презрением в голосе. — Было бы с чего убиваться! Я и сама знаю, что магия полностью уйдёт через сколько-то там тысяч лет, а за это время мы сотрём с лица нашей планеты всех оборотней!
— Хорошо бы, — Кан-Марлер посмотрел на Никиту, потом перевёл взгляд на Вэю. — Но давайте не будем отвлекаться. Кто хочет пройти инициацию первым?
— А в чём смысл этой инициации? — стало интересно Никите. — Я так понимаю, мы должны будем коснуться камня ладонью. И что произойдёт потом?
— А ничего не произойдёт, — декан развёл руками. — Это всего лишь глупый ритуал, который предписано делать. Разве что иногда бывает усиление светлых способностей, но и то незначительное. Миль Калия, — он взглянул на темноволосую. — Может вы первая?
— Разумеется.
Она решительно зашагала к камню и, не дождавшись, когда за ней поспеет Кан-Марлер, прикоснулась ладонью.
— Подождите! — запоздало воскликнул он. — Нужно произнести определённые слова. Каулш маранг луора. Это на протоязыке, на котором общались перволюди ещё до разделения их на расы.
— То есть вы хотите чтобы я что-то там сказала на языке, на котором когда-то говорили обратимые?! Никогда в жизни!
— Не обратимые, миль Калия, а перволюди. Тогда не было обратимых и необратимых. А впрочем, — он махнул рукой, — Это тоже всего лишь условность, так что можете сказать на современном языке. Это означает — Я буду верен и предан вам, братья.
— А сёстры?
— Что сёстры? — не понял декан.
— Вы хотите сказать, что я похожа на брата? Я женщина, и никак не могу быть братом.
— То есть вы хотите сказать, что отказываетесь произносить клятву? Что ж, мы никого не заставляем вступать в наш орден.
— Господин Кан-Марлер. Вступить в этот орден мне порекомендовал мой отец, который тоже состоит в нём, и он очень хочет, чтобы я в него вступила. Это ведь уже, как семейная традиция, вы меня понимаете?
— Хорошо, — декан снова махнул рукой. — Можете вообще ничего не говорить, вы приняты.
Калия довольно вскинула голову и вернулась к наблюдавшим за этим маскарадом Никите и Вэе.
— Ерунда полная, правда, Ник? — тихо проговорила она, глядя в его хмурое лицо. — Чистая формальность. А что это мы такие серьёзные? Думали, что всё будет по-другому? Да этот орден — чистое посмешище. Я бы лучше в «Чёрных псов» вступила, да говорят, они женщин не берут.
Никита ничего не ответил, а сам, без всяких приглашений зашагал к камню. Настроение его после увиденного испортилось, а надежда на то, что вступление в «Белую силу» как-то поможет в борьбе со сворой дядюшки Стайка обратилась в прах. Но вот желание насолить толстяку осталось. И он решил пройти обряд инициации только ради этого.
Он подошёл, попросил Кана повторить фразу, и после этого потянулся рукой к чёрному, блестящему от вкраплений камню.
— Каулш маранг…
Камень ослепительно вспыхнул и всё погрузилось в бесконечное белое сияние. Вскрикнул декан, потом кто-то из магов. Никита попытался оторвать ладонь от ставшей вдруг горячей поверхности камня, но её словно приклеили. И приклеили намертво.
Рывок, второй. Сдерживающая сила стала стремительно уменьшаться и, дёрнувшись в третий раз, Никита повалился на пол. Но быстро вскочил на ноги и принялся тереть глаза.
— Он больше не блестит! — где-то совсем рядом прозвучал расстроенный голос Кана и кто-то чуть дальше подтвердил. — Да, совсем не блестит. Пропали вкрапления.
— С тобой всё в порядке?! — это голос Вэи.
— Вот это поток! — удивлённый вскрик самого способного. — И ты сам им управлял!
— Я? — мысленный вопрос и тут же ответ вслух предназначенный светловолосой.
— Да, со мной всё в порядке. Только не вижу вообще ничего.
— Ник-Конон, вы полностью опустошили камень, — удручённый голос декана. — Понимаете? Вы полностью опустошили камень!
— Рано или поздно он и сам бы потерял всю оставшуюся в нём энергию, — снова заговорил один из «бордовых» магов. — Это, наверное, усиленный эффект отдачи. Другим камень отдавал немного энергии, а ему всю. И теперь, стало быть, его светлый дар возрос в несколько раз.
— Но почему?
Никита наконец-то стал что-то различать и первое, что он увидел — изумлённое лицо декана и испуганное Вэи.
— А я откуда знаю? — вопросом на вопрос ответил декану. Да и в самом деле, откуда он должен знать, почему у него всё так? Потому что он не из этого мира, а из другого. Поэтому ж, скорее всего! Да, они не знают об этом, но зачем постоянно задавать один и тот же вопрос? Не лучше ли заранее предугадывать, что если он, или с ним что-то
