Магический эксперимент по переносу души в другой мир заканчивается не совсем так, как хотелось бы магам королевства Тирон. Вместо своего засланца туда они получают попаданца к ним. И вроде ничего страшного, но… Душа землянина оказывается в оборотне, с которыми королевство Тирон вот уже несколько тысячелетий ведёт непримиримую войну, и не проигрывает только потому, что ни один оборотень не владеет магией.
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
умею. Уровень архимагов.
— Ну, тогда… — Никита задумался. — Тогда любое. Пусть хотя бы поймёт, что перед ним маг.
Вырвавшийся из правой ладони красный огненный шар завис в метре от рук мажора. Почувствовав жар, тот отвёл их и тут же с визгом отскочил в сторону.
— Я не трогал вашу сестру! — заорал он, испуганно глядя на заклинание, которое медленно двинулось к нему. — Клянусь Одрином, не трогал!
— Трогал, — невозмутимо бросил Никита. — Но я сегодня добрый и поэтому дам тебе шанс всё исправить. Берёшь сейчас своих дружков и валите отсюда куда хотите. В таверну больше ни ногой. Это заведение переходит под защиту магического ордена… Есть такие? — спросил он мысленно.
— Скажи — «Чёрные псы». Это самый могущественный орден. Правда, тайный и мало что о нём известно. Но поговаривают, что сам Аль-Вартан его член.
— «Чёрные псы» — холодно закончил Никита и не без удовольствия заметил, как купеческий сынок вздрогнул. Однако помимо этого он заметил и лёгкое недоверие в его глазах. — Поднимайся и собирай своих дружков. Всех четверых, — бросил он и, развернувшись, зашагал обратно в таверну.
Первое что он увидел — две пары настороженных глаз и одну испуганных. Последняя принадлежала Айке, которая уже, наверное, думала о том, как несладко ей придётся если её спутника убьют или покалечат. Увидев Никиту целым и невредимым, она расплылась в улыбке и едва не пустила слезу, и пустила бы, если бы он не улыбнулся и не подмигнул ей.
— Уважаемый господин маг, простите, не знаю вашего имени, — хозяин таверны склонился над стойкой, — Не сочтёте ли вы за наглость, если я предложу вам перекусить за счёт нашего скромного заведения?
— Ник-Конон, — представился Никита и, окинув взглядом зал, задержался на тихо посапывающем теле. — Сейчас этого вынесут и тогда мы присядем за какой-нибудь столик.
«Выносящие» ждать себя не заставили. Дверь осторожно открылась и в проёме появилась морда одного из дружков.
— Разрешите забрать, господин маг? — спросил он очень вежливо и когда Никита кивнул, чуть ли не на цыпочках проследовал к спящему товарищу. Вслед за ним появился второй друг виновника торжества, а вот сам купеческий сын не зашёл и у Никиты мелькнули нехорошие мысли. Обиделся, стало быть, а от таких можно чего угодно ожидать. Не оказал ли он этим людям медвежью услугу?
Он искоса взглянул на хозяина таверны, потом на его дочь и приметил, что на их лицах всё то же напряжение, которое они стараются скрыть за притворными улыбками. Хотя нет, дочь улыбается вполне искренне и даже вроде игриво, но страх в глубине серо-зелёных глаз всё же есть.
Когда тело было вынесено, Никита со своей спутницей присел за один из столиков и не без наслаждения стал посматривать на дочь хозяина, которая накрывала на стол. Не очень высокая стройная девушка с роскошными светлыми волосами и большими глазами цвета морской глади. Вопреки расхожему мнению эта самая гладь не всегда голубая или синяя. Зачастую она именно изумрудного цвета, особенно у берегов, когда те представляют собой покрытые лесами холмы.
Девушка принесла сначала две тарелки с первым блюдом, похожим на суп харчо и поинтересовалась у Никиты, чего тот хочет выпить.
— А что вы можете посоветовать? — спросил он в ответ, боясь не угадать с местным ассортиментом напитков.
Девушка мило улыбнулась и предложила белое ханкийское вино, которое по её словам было самым лучшим в западной части королевства Тирон. Никита спорить не стал и попросил принести себе один бокал ханкийского и что-нибудь не алкогольное своей спутнице. К алкоголю он особой симпатии не питал, но отказать не решился, боясь, что девушка посчитает его мальчишкой. Дочь хозяина улыбнулась и поспешила обратно к стойке своей летящей походкой, и он невольно засмотрелся на её тонкую талию, мягко переходящую в аккуратную попку. Однако налюбоваться помешал взгляд отца, который Никита заметил, когда девушка легко проскочила сквозь небольшой проход в стойке. Не сказать, чтобы он был суров или даже просто строг, но и особой радости в нём не читалось.
Слегка сконфузившись, Никита взял глубокую деревянную ложку и, склонившись над тарелкой, зачерпнул. Суп действительно напоминал харчо, приправ в него наложили от души. Поэтому съесть весь он даже не попытался. Проглотил всего четыре ложки и отодвинул тарелку. А вот Айка уминала это «горючее» за обе щёки, которые от острых специй у неё разгорелись. Шмыгнув носом, она взяла ещё один кусочек хлеба и посмотрела на Никиту.
— А вы их сильно побили? — спросила она и откусила чуть ли не половину.
— Не очень, — ответил Никита, взглянув на дочь хозяина, которая возвращалась с двумя тарелками и бокалами. Девушка нравилась ему всё больше
