Магический эксперимент по переносу души в другой мир заканчивается не совсем так, как хотелось бы магам королевства Тирон. Вместо своего засланца туда они получают попаданца к ним. И вроде ничего страшного, но… Душа землянина оказывается в оборотне, с которыми королевство Тирон вот уже несколько тысячелетий ведёт непримиримую войну, и не проигрывает только потому, что ни один оборотень не владеет магией.
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
от такой мысли его ломало, хотя он по сути и жил последние дни на деньги с грабежа. Но там было другое, там он был всего лишь попаданец, которому нужно выжить, а сейчас он будущий студиоз, и начинать свой путь в столице с ограбления… Хм, ломает всё-таки.
Когда на Кальбрег стал опускаться вечер, он покинул гостиницу и отправился на поиск «странных» личностей. Первые трое из таковых попытались ограбить его самого, но уже через пять секунд лежали на земле без сознания.
Никита решил осмотреть их карманы и с удивлением выгреб оттуда целых два золотых. Не золотом разумеется, а серебром, но его вдруг осенила гениальная мысль! А зачем грабить купцов, и тем более зачем сдавать скупщику свою куртку, ради чего он собственно и пустился на поиски местных бандитов. Спросить адрес скупщика, найти, продать ему куртку… Чушь! Тем более куртка ему нравилась, и не только своим дорогим видом, но и функциональностью. Днём в ней не было жарко, ночью холодно. В общем, не стоило идти на столь крайнюю меру. Метод грабежа всё-таки лучше. Но грабить он будет не честных жителей, а грабителей!
Поплутав по ночным улицам, он вернулся к дядюшке Стайку почти под утро и карманы сохранённой куртки приятно оттягивало почти десять золотых. Точнее он не считал, не очень-то удобно это делать, когда валишь тройку здоровых мужиков, быстро обыскиваешь их и стараешься сразу же уйти подальше. Но в любом случае, отдать долг Вэе он сможет, и ещё останется на житьё.
И ещё его волновал вопрос насчёт последней схватки. Денег он там взял нормально, четыре золотых монеты. Грабители были дюжие, двое, с прожжёнными лицами и такими голосами, что у простых обывателей наверное ноги подкашивались, когда они их слышали. Да и удачливее других были эти два отморозка, или, что скорее всего, профессиональнее и жёстче. У остальных больше двух, а чаще одного золотого не набиралось, да и то серебром, а у этих… Но волнение было совсем от другого. Двое последних оказались и правда сноровистыми ребятами, и даже чуть не посадили его на нож. Он успел увернуться в последний момент, а на куртке остался лёгкий след от лезвия. И вот в тот момент в нём что-то щёлкнуло, как тогда, с теми пятью уродами. В общем, двое бандюков лежат там со свёрнутыми шеями… Да и чёрт с ними! Вопрос в другом — а не станет ли он убивать всё чаще и чаще в таких вот схватках, да и вообще в любых других? Не начнёт ли у него вот так щёлкать с завидной регулярностью? А становиться убийцей он не собирался…
Никита хмыкнул. Ему вспомнилась фишка, которую он вычитал в интернете — если убить убийцу, количество убийц не изменится. Чушь! Это если убить одного, а если убить нескольких?
А с чего ты взял, что эти двое были убийцами?
Ага. Когда жертва решалась на сопротивление, они просто мягко вырубали её, как же. Вон его без раздумий хотели прирезать, едва он отказался сразу же отдать всю имеющуюся в карманах наличность. Ну а самого тебя на Земле разве не такие убили? Обычные мрази для которых человеческая жизнь ничего не стоит. Нет, свою они ценят, разумеется, другие для них ничто.
В общем…
С этими мыслями он и уснул, решив, что всё-таки фразу — утро вечера мудренее — народ не с потолка взял. Сейчас он просто на эмоциях, а завтра… Завтра он подумает об этом спокойно.
Глава 12
— У тебя глаза уставшие, — заботливо проговорила Вэя, глядя, как он уминает вторую порцию яичницы на сале. Ночные дела здорово вымотали и аппетит проснулся зверский. Причём он проснулся гораздо раньше самого тела и до его пробуждения бередил мозг снами о жареных окорочках, котлетах, картофельном пюре и пирожках с повидлом. — Плохо спал?
— Угу, — Никита кивнул. — Волнуюсь перед экзаменами.
— Волнуется он, — усмехнулся Мурганд, но дальше поддевать не решился. И вообще странно, что ни вчера, ни с утра он ни слова не сказал, хотя Никита постоянно ожидал, что самый способный вот-вот приступит к обвинительной речи. Но тот либо поумнел, либо безмерно переживал за своё гуляющее где-то там тело, судьба которого теперь зависела от «ночного убийцы».
— Ник, я вот чувствую, что мы с тобой сдадим. А если даже не сдадим, тогда нам деньги вернут и ты сможешь сразу отдать мне долг. Нет худа без добра, — она натянуто улыбнулась.
— А, кстати, — Никита отложил вилку и достал из кармана кошель. — Я вчера сходил до знакомого отца, о котором тебе говорил и занял у него немного. Вот возьми. Спасибо большое, что выручила.
— Ник, ну зачем ты так? Я ведь не требовала сразу… — Вэя нерешительно взяла протянутый кошель и положила его перед собой. — Гордый, да? — спросила с улыбкой.
— Почему сразу гордый? Просто пока есть возможность. Вэя, а твоя уверенность в том, что ты сдашь экзамен чем-то
