Иногда слышишь: ‘Да пропади всё пропадом! Очутится бы на необитаемом острове!’ Получите. Но потом, пожалуйста, вперед и без всяких сожалений!
Авторы: Стройков Геннадий Геннадьевич
Облачка на горизонте. Опять выручили. Вот так, а вы в омут с головой! У меня всё по науке!
Вспышка! Мама дорогая как здесь… А что вы хотите? Бедная животина после стресса перехода просто обязана навалить кучку. Конечно, уборкой никто не озаботился. Как-то не до этого. Нас не ждали, но помнили. На скале в сторонке — придавленные камнем куски овечьей шкуры. Это обувка. Замотали ступни. Пошли. Проходя мимо выхода каменного угля, прихватили по куску. У выхода малахита встретили десять человек. Уже шуршат. Вместе потащили собранное в лагерь.
Пожар в дурдоме во время наводнения! Слава богу, хоть всех бывших больных смогли доставить без членовредительства. Они кто лежал, кто сидел под скалами в теньке. Травы надёргали, не на голой земле. Не всё так безнадёжно.
Какое самое главное качество у ёжика?! Правильно, лужёная глотка. Сразу начал орать. Вся скотина сгрудилась рядом. Народ занимается своими половинками. Намертво забыли, о чём договаривались. Сначала подозвал старших. Взгляды в пол. Вас, зачем назначили, бардак разводить?!
Главного пастуха ругать буду потом, без свидетелей.
— Быстро собрал всех, и разогнали скотину! Она сейчас здесь всё окончательно сожрёт и обгадит! Бегом!
— Что у нас со здоровьем? — Это я главному по больнице.
— Нормально! Приходят в себя. Ноги немного сбили, обессилили. Сейчас отлёживаются.
— Хорошо! Что с едой?
— Огонь добыли, уголь разожгли. Забитых на обувку баранов почти шестьдесят штук. Не съедим! И, это самое, желудки!
— Жарьте! Ещё сутки протерпим. Собакам, пусть нажрутся. Потом дня три не кормить. Насчёт желудков не беспокойтесь, я же говорил! Все гастриты, панкреатиты и прочие радости — в прошлом! Сейчас народ можно гвоздями кормить. Ещё добавки попросят. Так, теперь вы. Яки как, в порядке?!
— В порядке. Сидят в ручье. Им жарковато.
— Отлично! Берёте ещё четырёх человек и двух собак и обследуете все горы и долины вокруг на полдня пути. К ночи вернуться. И далее в течение недели всё то же самое.
— Мы вчера пешком на пять километров всё оббежали. Луга — пальчики оближешь! Там дальше ещё одна речка. С водой проблем нет.
— Вот и хорошо! Покажите пастухам и вперёд. Так, теперь вы берёте оставшихся яков и вниз по течению. Припасы в шкуры вьюками. Идёте до победного конца. Но осторожно и размеренно. Кто себе чего сломает, лично добью, чтобы не мучились. Всем всё ясно?! Вперёд, не сидеть! Время не ждёт.
— Теперь металлурги. Я так понял, самородных металлов у нас пока нет? Малахита и угля сколько натаскали? По полтонны? Молодцы. Сейчас покажу расселину, готовая печь. Всё подробите булыжниками. А кому сейчас легко?!
— Олеся, как дела с пряжей? Молодец. Хельга, сажаешь всех, я повторяю, всех незанятых женщин. Пусть прядут. Песни пойте, байки рассказывайте. Пока три состояния, либо работают, либо спят, либо едят. Увижу незанятую, высеку и её, и тебя. Чего дерёшься? Я же образно!
— Курт, сколько осталось свободных нормальных мужиков?
— Семьдесят человек.
— Андерсен, берёшь половину, начинаете расчищать тропу до перехода. Курт, мы с тобой и остальная половина таскаем глину из русла ручья. Стоп, где группа ответственная за выделку кожи? Это вы? Прекрасно, что у вас?
— Просим разрешения забить для начала одного быка. Потом обработаем шкуру, задубим облепихой, есть ягоды, мало, но есть. Подошвы на тапочки по камням ходить.
— У нас быков сколько?
— Десять.
— Это потом хватит?
— Хватит, даже с запасом.
— Кстати, у нас скотины сколько?
— Я могу ответить! Альпаки сто штук. Восемьдесят и двадцать, коров двести, будет сто девяносто девять, из них девять быков. Коз триста штук и двадцать козлов. Овец порядка четырёх тысяч. По породам немного перепутали, позже скажу. Двадцать страусов. Восемнадцать и два.
— Чего-чего?
— Да тут по случаю передали безвозмездно, фермер обанкротился, с нами теперь!
— Дальше!
— Курей около трёхсот разных. Гусей сорок. Собаки общим числом семьдесят штук. Есть декоративные. Почтовых голубей пять. Четыре и один. Кошек семь. С ними прокол. Все девочки. Всё!
— Значит так! Насчёт покушать! Мечите пореже! На мясо только овец и по породам определитесь. Шкуры скорнякам, кости тоже не выкидывать. Ориентировочно расход: тридцать овец в день. Итого на месяц: девятьсот штук. Пару месяцев продержимся, если с баранины с ума не сойдём.
— Так, где ботаники?!
— Это мы! Из витаминов только облепиха! Очень мало. И её на обработку кожи практически всю забирают. Растёт только трава.
— Значит так, экспедиции уйдут через полчаса, как вернутся,
